— И сегодня сработает, вот увидишь, — Рыжая наклонила голову и коротко потёрлась пушистой макушкой о мою щёку, от чего у меня внутри всё буквально перевернулось, и я с трудом сдержал порыв сжать моё чудо в объятьях со всей имеющейся дури.

Либанов вывернулся из-за стойки как-то, пожалуй, излишне резко — Рыжая, сидящая у меня на коленях, даже вздрогнула и остро посмотрела на виновника. Тот, не обращая внимания ни на что, плавным движением присел перед нашим диваном на корточки и, в свою очередь, всадил в меня внимательный взгляд.

— Ну что, готовы пробовать?

— Пробовать что? — я взгляд отзеркалил, не делая ни малейшей попытки хотя бы пошевелиться.

— Мы в принципе, всё посчитали, — снизошёл наш завлаб до объяснений, — будем пробовать открывать короткий перенос — буквально на километр. Или два — как получится. Радуйся — твою прелесть не трогаем: нашли другую каменюку. Она, правда, в реестре засвечена, ну да чего уж теперь.

— В реестре? — переспросила Рыжая.

— Астрономы ведут реестр астероидов, которые могут «заглянуть в гости». И там многие базы открыты, любителей всяких полно, кто отслеживает всё подряд из чистого любопытства. Плюс ещё не один десяток нейросеток соревнуется в поиске астероидов и их следов… бардак полный!

— А ты как хотел — чтоб как у нас: только мы, а больше никто ничего и не знает? — подколол его я.

— Конечно! — Либанов ответил совершенно серьёзно. — Нам, по крайней мере, было бы куда проще, если б мы точно знали, что за «нашим» камешком сейчас не смотрит никто. И никто не сможет обнаружить явное изменение орбиты. Не говоря уж про такой маловероятный вариант, что кто-то зафиксирует скачкообразное перемещение! Да не дай боже — инструментально! И трезвонить начнёт на весь мир: «Тревога! Плонетяне астероиды ворують!!».

— Маловероятный, — я выделил голосом самый, на мой взгляд, важный момент.

— Мало, — уверенно кивнул завлаб. — Но чем чёрт не шутит, когда Бог спит…

Он поднялся на ноги, хлопнул руками по бёдрам.

— Ну что — пошли! У нас там прям рядом с «пушкой» для вас специальная сидушка приготовлена. Она на одного, правда, — тут его тон стал извиняющимся, — но Лина же и так у тебя на коленях постоянно? Потерпите ещё немного?

Мы с Рыжей переглянулись, и она уверенно ответила:

— Потерпим.

Всё кончилось как-то внезапно. Просто свет вдруг пыхнул совсем уж невыносимой яркостью, какая-то басовито гудящая струна у нас за спиной с явственным щелчком оборвалась, с обеих сторон затрещало, а из-за ближней стойки повалил едкий белый дым. А мы с Рыжей привязаны! Она — ещё так себе, пара датчиков на запястьях, а я облеплен, как в реанимации! Дёрнулся было Лину ссадить, толкнуть в сторону выхода, но понял, что бесполезно: руки-ноги затекли до такой степени, что хоть в чемодан меня заталкивай. От всего этого я так взволновался, что не сразу понял, что мне говорит нависший сбоку Либанов.