— Стояла рядом со мной, — процедил сквозь зубы. — Вписалась в компанию моих друзей. Она умна, сообразительна, находчива. Она приняла хреновый расклад, который ей подбросила жизнь, и не разучилась любить людей, в отличие от тебя.
Ее глаза пылали, за ними разгорался огонь.
— Она горяча в душе, — я продолжал дразнить, — на пляже, у стены, на капоте машины под дождем и на моем заднем сиденье…
Эмми зарычала, вскочила со стула и ударила по свече, отчего та упала на пол и погасла.
Я не сдержал ехидную улыбку.
Обогнув стол, она направилась к двери, но я схватил ее и прижал к стене.
Прежде чем успел сказать что-то еще или обвить рукой ее прелестное горло, она с силой толкнула меня в грудь.
Оступившись, я упал в кресло. Спустя мгновение она оказалась на мне, смотря сверху вниз и сжимая мою шею.
Я поймал воздух ртом. Мой член уже был в полной готовности.
Эмери дышала быстро и неглубоко, кипя от гнева, будто хотела прикончить меня.
Черт побери.
Из груди вырвался стон. Боже, оседлай меня, пожалуйста.
Ее сердитый взгляд был сосредоточен на мне. Всматриваясь в глаза девушки, я ждал, когда она потеряет контроль. Покажет, что повзрослела, перестала бояться и готова признать, что ей это нравится. Ей может очень понравиться, если я сейчас нагну ее над столом и трахну, удерживая за волосы.
Эмми не сделала ничего подобного. Зарычав, она развернулась и выбежала из комнаты. Мне понадобилось всего две секунды, чтобы рвануть за ней.
Я распахнул двери столовой, вылетев в коридор, увидел убегавшую Эмери и помчался за ней.
Девушка оглянулась, заметив меня, прибавила скорость, но я поймал ее, обхватил руками, прижался грудью к ее спине и услышал, как она завизжала. Оттеснив Эм к затемненному дверному проему гостиной, я сжал ладонями ее лицо.
Она пыталась вырваться, но мне было все равно, даже если Эмми пустит мне кровь или вырвет глотку. Я доведу это дело до конца.
У меня накопились вопросы. Например, почему она не рассказала, что происходило у нее дома? Или почему не могла доверять мне?
Я был терпелив. Я бы понял.
Я бы не разочаровал ее.
Но Эмери не просто не доверяла мне, она атаковала, и мне уже были безразличны причины. Мы все пережили что-то плохое.
Наклонился к ее уху, готовый закончить речь, начатую за столом, и заставить ее слушать, ведь она должна мне хотя бы это, только…
До моих ушей донеслось пыхтение и стоны, раздался глухой удар о стену. Через приоткрытую дверь я бросил взгляд в темную гостиную, где увидел Мику, прижатого к книжным полкам. Рори врывался в него сзади.
— Боже, твою мать. — Он судорожно вздохнул, сжимая волосы Мики в кулаке и покусывая его шею.