«Угу. На пару скандалов только что наговорил. Вплоть до уголовщины в исполнии „наших“ полицейских (то есть твоих)».

«С их деньгами мой дядя — для них не проблема», — Ана поставила грустный смайлик плачущей пчелы. — «Их адвокаты сбреют хоть и сам департамент на дальних подступах, не то что наш участок. Я знаю. Опять же, титульная нация. Молчу, что детские проблемы взрослых обычно не волнуют».

«Так я щас не об адвокатах и судах! 😑 Если он тут о наших станках вещает — то… 👀…???».

«ТССССС 😡».

«Да поняла, поняла. Это я так, на нервной почве».

— Эй, мужик. — Седьков тем временем решительно раздвинул дам и уже знакомым кое-кому движением наступил китайцу на ногу, как когда-то Лысому. — Ты в курсе, что если будешь вести себя как люмпен, с тобой и обращаться будут как с ним же?

Юнь-старший удивлённо раскрыл глаза.

Через входную дверь приёмного покоя в помещении тут же материализовались двое из его охраны.

Хадзимэ Хамасаки отстранился от Трофимова и что-то коротко пролаял, не издавая при этом ни звука.

«Ух ты. Так вот оно что заворачивается 😏», — Эрнандес аккуратно вернулась на своё место, незаметно контролируя отца своей китайской одноклассницы. — «Стань сбоку. Если что, он к тебе спиной будет».

В этот момент в общем чате отписался Мануэль: «Дамы! Хоть одна собака пояснит мне, какого чёрта тут происходит⁈».

— Господин Юнь? — Рыжий помахал ладонью перед лицом китайца, возвращая внимание на себя. — Существуют элементарные правила приличия. Если вы задеваете моих спутниц при мне, то не обижайтесь, когда я задену вас. — Он слегка сдал назад, слезая с обуви оппонента. — Жест доброй воли, если вы способны его оценить.

Отец Сяовэнь тем временем сверлил взглядом родителя Миру. Казалось, ещё чуть-чуть — и между азиатами случиться разряд наподобие молнии.

Люди японца тоже не остались снаружи и добросовестно заняли позицию напротив своих китайских коллег.

— Это чёрт знает что! Мне что, полицию звать⁈ — заорал Трофимов и, видимо, что-то скомандовал своим людям.

В следующий момент школьные охранники числом до десятка принялись аккуратно выпроваживать всех подряд.

Сам завуч то и дело с ненавистью оглядывался на Седькова.

— А я чё⁈ — Рыжий поднял брови на затылок, но ответа от Трофимова не получил.

— Что это было? — спрашиваю девчонок после того, как в медпункте разве только стрелять минуту тому не начали.

Я лично не ожидал, если честно.

— Не хватает контекста, — огорчённо вздыхает Эрнандес. — Что-то между титульным, мы только догадываемся.

— Да нихрена мы не догадываемся! Это вон, Миру пытать надо! — откровенная и эмоциональная Мартинес и не думает сдерживаться. — Эй, Хамасаки! Чё за фигня? Чё за расклады?