Варя нахмурилась, пытаясь уловить подвох.
— Почему именно я?
Кирилл на секунду замер, а потом ответил просто, без пафоса:
— Потому что мне хочется. Только это. Не роль, не статус, не удобство. Просто хочется именно тебя.
В кабинете повисла тишина. Варя смотрела на него, пытаясь разглядеть за этой холодной прямотой хоть что‑то настоящее. И вдруг поняла: именно эта честность, пусть и жёсткая, пробивает её оборону сильнее любых красивых слов.
— Ладно, — выдохнула она, чуть наклонив голову. — Я согласна... На твоих условиях — и только на них. Никаких иллюзий. И Миша не должен узнать.
— Хорошо, — спокойно ответил Кирилл.
День тянулся медленно, но уже не мучительно. Варя погрузилась в рутину: отвечала на письма, проверяла отчёты, согласовывала правки. Простые, понятные действия, где не нужно было ничего чувствовать, а только делать. К концу дня она почувствовала, что снова может дышать ровно.
Когда она приехала домой, первое, что бросилось в глаза, — в зале было полно пакетов с разными брендами. Аккуратные, дорогие, с узнаваемыми логотипами. Больше всего в них оказалось нижнего белья — разного: с чулками, корсетами, тонкими кружевами. Ещё лежали пара платьев, обувь на изящной шпильке, шёлковые халаты, небрежно выглядывающие из коробок. Всё было слишком красивым, слишком дорогим, слишком… чужим.
Варя остановилась на пороге, глядя на эту гору вещей, и на секунду ей показалось, что она снова стоит на том танцполе, а чужие руки тянут её туда, куда она не хочет. Но потом она глубоко вдохнула, шагнула внутрь и закрыла за собой дверь, отрезая от себя весь этот день.
Она медленно прошла по комнате, касаясь пальцами шуршащей бумаги и гладкой ткани, будто проверяя, настоящее ли всё это. Вещи выглядели так, словно принадлежали какой‑то другой женщине — уверенной, привыкшей к роскоши, точно знающей, как распоряжаться чужими подарками. Варя рассматривала их, не торопясь доставать, и в груди всё сильнее сжималось странное, колючее чувство: не восторг и не радость, а тревога, смешанная с лёгкой обидой. Казалось, будто этими пакетами кто‑то пытался заполнить пустоту, не спросив, нужно ли ей это.
«Я с этим справлюсь, — пронеслось у неё в голове. — Но главное — не потерять себя».
Варя присела на край дивана, обхватила колени руками и на несколько минут просто замерла, прислушиваясь к тишине квартиры. Здесь не было ни криков, ни давления, ни чужих ожиданий — только она и эти пакеты, которые словно ждали её .
Потом она встала, решительно подошла к шкафу и начала доставать вещи из пакетов. Аккуратно развешивала платья на вешалки, складывала бельё в ящик, расставляла коробки с обувью в нише. Ей хотелось вернуть комнате ощущение порядка — будто, разложив всё по местам, она сможет разложить и свои мысли.