Вскоре пришёл Дима и из открытой двери повеяло морозом.
Он дал мне свои варежки, куртку и мы вышли во двор. Дима сел за руль снегохода и попросил держаться крепче. Как только завёлся мотор, я вцепилась в Диму, что было сил. Снегоход помчался с бешеной скоростью по заснеженному полю и каждый раз нас заносило на поворотах. Я кричала от радости, лицо мерзло и краснело, но скорость снегохода только увеличивалась. Мы влетели вглубь леса и Дима выключил мотор. Вокруг были только ёлки, снег и тишина.
Сердце замерло, а мои эмоции обрели слова.
— Лес, это образ мысли, неограниченная свобода! Как эпоха хиппи, конца шестидесятых, — я раскинула руки, откинулась на спинку сиденья и уставилась в небо. — Иногда, мне кажется, я жила там.
Дима повернулся и долго наблюдал за мной, но мне было не до него. Я жадно вдыхала густой воздух и утопала в этом моменте.
Вскоре мы замёрзли и Дима спросил:
— Хочешь сесть за руль?
— Нет, тогда мы точно перевернемся, — рассмеялась я.
Мотор снова загудел. Домой мы примчались в темноте.
От холода я не чувствовала пальцы рук и ног, но восторг и радость бушевали в груди. Я с головой укуталась в теплый плед и с дивана подглядывала за Димой. Он разжигал камин и грел руки, а когда потерял меня, начал оглядываться по сторонам и искать взглядом. Я не шевелилась и сидела затаившись как ребенок. Пламя разгорелось и мягкий мерцающий свет пополз по бревенчатым стенам дома, игра в прятки закончилась. Я подошла к камину и села рядом.
— Я тебя потерял, — растерялся Дима. — Необычно. Мы же были в одной комнате.
— Когда мне хочется, я могу становиться незаметной. Хочешь я приготовлю поесть? Умираю с голоду.
— Хочу! Я съем всё.
Я накрыла Диму своим пледом и ушла на кухню.
Оказавшись снова в своей стихии, я получала удовольствие. От изобилия продуктов и красивой посуды кружилась голова. Не задумываясь, я достала из холодильника все, что понравилось: приготовлю макароны с грибами и беконом. Отварила спагетти, обжарила бекон, грибы и лук, добавила немного сливочного масла и сверху посыпала тертым сыром. Получилось красиво, после зимнего леса любое горячее блюдо покажется вкусным.
Диму звать не пришлось, он караулил ужин за кухонным столом со времени жарки бекона. Ему было сложно ждать и он постоянно, бегал к холодильнику за закусками.
— Тем, кто кусочничает, меньше достанется, — пригрозила я ему деревянной лопаточкой.
Дима поднял руки, как будто сдается, и вернулся на свое место. А затем демонстративно положил в рот оливку и с вызовом посмотрел на меня. Реагировать времени не было, вокруг все кипело.