— Верно, и я в ней матриарх, или ты хочешь сесть на трон Тамвова сам? Будешь выхаживать выводок и добывать пропитание для волчат всю зиму? Ты стал альфой, любая самка племени — твоя. Любая кровать и пища — твои. Но не смей указывать мне, что делать!
— Ах, ты… — зарычал я не хуже волка, — сука старая.
— Не такая уж и старая, — с ухмылкой заметила волчица, — а то, что сука, я и не скрываю, или альфа хочет меня?
— Что? — до меня не сразу дошел смысл сказанного, так что я даже остыл немного, — да иди ты! Где твоя дочь-наездница⁈
— Она еще слишком молода, чтобы… — попыталась возразить матриарх, — у нее даже имени нет!
— Мне плевать, она меня в это втянула, ей и отдуваться. След она надеюсь держит не хуже собаки?
— А вот это было оскорбление, — оскалилась волчица и коротко взвыла, через секунду рядом оказалась посланница на крупном волколаке, — дочь, теперь ты — его.
— Что? Но мама… я… — девушка елозила на спине своего скакуна, ее уши то поднимались, то прижимались к самой голове, хвост трусливо поджимался, но стоило матери чуть рыкнуть, как наездница без сомнений спрыгнула на землю и уткнулась мне мордой в ноги, — приказывай, альфа. Я готова стать твоей.
— Отлично, блин, — не сдерживаясь я схватил ее за края кирасы и, подняв, поставил перед собой. Даже на вытянутых ногах серошкурая волчица была чуть ниже меня, и сейчас ее хищные голубые глаза смотрели с волнением испугом и… преданностью? — нужно найти мою семью. И быстро!
— Да, альфа, — удивленно кивнула молодая волчица, но, судя по виляющему хвосту, она была рада такому повороту событий.
— Называй меня Майклом или Добрыней, даже лучше Добрыней, — решил я, забираясь на волколака, — пока мы в этих землях. Как мне тебя звать?
— Я еще не прошла обряд инициации. У меня никого не было и имя мне не положено. Только запах, — отлично, блин, и как мне ее называть? Серым волком? К счастью, разговаривая, она не забывала направлять свое ездовое чудище.
— Нет, так не пойдет, раз уж ты моя, то обряд инициации мы пока отложим, а вот имя тебе дадим сейчас, — я прикинул в уме, но ничего приличного в голову не приходило. Первые ассоциации были все с тем же цветом шкуры или глазами. Можно было назвать ее Добыбоей или Бронисерой, как добытой в бою и носящей броню соответственно. Но как представил, что ее придется каждый раз так называть… — как тебе имя Дара?
— Да-ра? — произнесла волчица задумчиво, — а что оно значит?
— Дар твоей матери мне, например. Хотя была у меня одна знакомая Дара. Правда, рыжая, но от этого не менее умная и деловая. Было бы не плохо, если у тебя такие качества найдутся.