Когда мы его встряхнули за шкирку, доходяга сознался, что является дворецким. Тут в мою голову пришла любопытная мысль, и я потребовал, чтобы он проводил нас к графской казне.

— Что вы хотите там сделать?

— Вернуть себе то, что Его сиятельство взял у нас без спроса, — сказал я, памятуя о конфискованных накануне золотых.

— Но вы всё равно не сможете открыть комнату, ключ всегда у графа Терезия II Бесстрашного при себе.

— Да? Надо было сразу его обыскать. Подождите меня здесь.

С этими словами я рванул обратно в пыточную, хотя мне и не очень хотелось туда возвращаться. Слабость, вызванная активацией слившегося со мной магистерия, уже совсем не ощущалась, наоборот, я чувствовал прилив бодрости, готов был чуть ли не горы свернуть.

Его сиятельство всё ещё висел на крюке и, что удивительно, был пока жив. Хотя по его виду можно было с уверенностью сказать, что трепыхаться ему осталось от силы минут десять-пятнадцать. На какой-то миг мне даже стало его жаль, и мелькнула мысль, не снять ли бедолагу с крюка, а может, напротив, помочь ему быстрее уйти из жизни, но я эту мысль прогнал, решив до конца оставаться принципиальным. Как говорится, кто к нам с мечом придёт… Нет, это немного из другой оперы, мы сами к нему пришли, хотя и не по своей воле. В общем, человечишко, я так понял, он мерзкий и дрянной, а такого рода существам нечего коптить воздух, и будет только лучше, если я сделаю мир немного чище.

— Извините, Ваше сиятельство, вынужден вас снова потревожить.

Ключ-бабочка длиной с ладонь висел на поясе, и прямо-таки просился в руки. На всякий случай проверил, не болтается ли где кошель. Мошны не было, а вот две верёвочки, на которых прежде болтался кошель, оказались обрезаны! Вот народ, невольно усмехнулся я, на ходу подметки рвёт! Кто-то из слуг, видно, успел сюда заглянуть, срезать мешочек с деньгами и слинять, наплевав на то, что хозяин того и гляди испустит дух.

Оставив сипевшего графа висеть на крюке, напоминая свиную тушу в вотчине мясника, минуту спустя я снова был в кругу друзей, которые продолжали удерживать дворецкого в качестве пленника.

— Этот? — спросил я, демонстрируя ему ключ.

— Этот, — кивнул тот обречённо. — А что случилось с Его сиятельством?

— Можешь считать, что у тебя больше нет сюзерена. Давай, веди нас в казну.

Вот же паразит! Ведь мог предупредить, что тут охрана из двух «гвардейцев кардинала», с которой нам волей-неволей пришлось разбираться. Те были настроены весьма агрессивно, и оружием владели если не мастерски, то довольно прилично, пришлось попотеть, лишая их трудоспособности. Да, покалечили, не без этого, но жить будут, пусть один без руки до локтя (моя работа), а второй без ноги до колена (работа Грили). Мариэль даже не ввязывалась в битву, придерживая за шкирку дворецкого, чтобы не убежал. Мало ли, он тут всё знает, может, ещё и пригодится.