Звук сходящихся каменных плит заставил нас обернуться. Нет, не успеть выпрыгнуть в коридор, расплющит, и створки на наших глазах сомкнулись, отрезав нам путь к отступлению.

— Ничего, выберемся, — не очень-то и уверенно произнёс Грили.

— Дальше-то что? — спросил я алхимика.

— Ищем раму.

— Чего? Какую ещё раму.

— Раму от большого зеркала, — пояснил карлик, глядя на меня, как на идиота, отчего мне захотелось дать ему крепкого подзатыльника.

Алхимик тем временем засеменил вперёд, чуть ли не подпрыгивая на ходу, а мы направились следом. Двигались мы к дальней стене, которой уже касаются отблески пламени наших факелов, и я вижу там блинную нишу, в которой лежат несколько тёмного дерева реек разного размера. А если точно, то их было четыре, две метра два, и две вполовину короче.

— Это и есть рама, только в разобранном состоянии, — догадываюсь я, обращаясь к Франциску.

— Да, это она, — с видом нашедшего плошку сметаны кота подтверждает тот. — Берите, только аккуратно, ничего не сломайте.

Я поднимаю одну из рек, и подушечки пальцев ощущают на дереве какие-то узоры. Поднеся факел, вижу, что это незнакомые руны. То же самое желает Мариэль, и в её глазах читается интерес.

— Это древнеэльфийский язык, — произносит она с ноткой благоговения в голосе. — А этому дереву явно не одна сотня лет, а может, и тысяча.

— Меньше болтовни, нам ещё предстоит отсюда выбираться, — говорит алхимик, и в его голосе ощущается лёгкая тревога.

— Может, ты нам и подскажешь, как это сделать? — довольно неучтиво интересуется Грили.

— Пока на этот счёт у меня нет мыслей, но у нас же есть сообразительный гном… О нет!

Да, и я тоже услышал этот скрежещущий звук, а когда сверху просыпалась ещё и пыль, стало ясно, что потолок начал своё неумолимое движение вниз.

— Это то, о чём я думаю? — с наигранной невозмутимостью спросил Грили. — Если это так, то скоро мы превратимся в блинчики вроде тех, что делала моя мамаша, только они будут из мяса и костей.

Потолок опускался медленно, но неотвратимо стремился слиться в экстазе с полом, и его мало волновало, что посередине находятся пока ещё живые существа. Что с него взять, он всего лишь бездушное оружие тех, кто придумал этот изощрённый механизм, напоминающий ловушки в древнеегипетских гробницах.

— Грили, делай что-нибудь, если ты не откроешь эту чёртову дверь — ты уже никогда не увидишь свою невесту.

— Чёртову? — переспросил гном. — Что это значит?

— Неважно, давай уже спасай нас.

— Тогда двигаем к двери, я попробую снова прочитать заклинание. Надеюсь, это сработает.

И вот мы снова перед дверью, но, к нашему великому разочарованию, с этой стороны никаких узоров не наблюдается, поверхность плит на удивление гладкая, практически отполированная.