Догги пока вперёд не лезет, даёт поработать своим ребятам. А это кто у нас такой мелкий, настырный и шустрый, как сто китайцев? Лупит и лупит, причём с двух рук, хорошо ещё, мечи не очень длинные, хотя, будь подлиннее, мог бы и своих задеть. Ух, зараза, всё-таки задел предплечье, чувствую, как по руке стекает тёплая струйка. Надеюсь, что всё же артерия не задета, не истеку кровью, прежде чем выберусь из этой заварушки. Если вообще выберусь…

Нет, с этим говнюком нужно определённо что-то делать! Парировав очередной выпад, делаю быстрый шаг вперёд, обозначая удар в голову, а долей секунды позже перевожу меч в горизонтальную плоскость и бью на уровне чуть выше пояса. Острие Шелеста вскрывает не только кожаную, почти как у меня, куртку, но и то, что находится под ней. А именно кожу, жир (если он там вообще есть) и мышцы. Как остановившийся противник с удивлением разглядывает собственные, вываливающиеся из раны кишки, мне уже неинтересно, тут хватает желающих и мне самому выпустить требуху.

И прежде всего это Горбатый Догги, которому, видимо, надоело стоять в очереди.

— А-а-а! — раздаётся над улицей его звериный рык.

А в следующий миг лезвие топора вонзается аккурат в замазанную глиной щель между камней, из которых сложена стена дома, и там же застревает. Не уклонись я — торчать топору в моей голове. Догги с пыхтением пытается вытащить лезвие из стены, пользуясь этим, я бью по рукам, но этот горбатый демон каким-то образом успевает их убрать. Эх… Ладно, но хотя бы он безоружен, не будет же прыгать на меня теперь с ножичком, хотя и ножичек на его поясе больше смахивает на мачете.

Против меня четверо оружных… Нет, всё-таки пятеро, так как Горбатый Догги предпочёл спасению своего топора подобрать топор искалеченного подельника. А кровь всё течёт и течёт. Мои оппоненты тяжело дышат, но и я чувствую, что силы начинают меня покидать. Ещё минуты три-четыре, и я просто не могу поднять меч. Помню, что и левой могу рубиться, Грег меня неплохо в своё время натаскал, что ж, в крайнем случае буду прикинусь левшой.

— А ну прекратить!

Ну надо же, городская стража… Как же вы, ребята, вовремя! У меня буквально камень с души свалился, разве что слёзы умиления на глазах не выступили.

Оставшиеся в живых негодяи тут же бросились врассыпную, кроме тех, кто не мог самостоятельно передвигаться, а таковых набралось четверо. Было у меня желание швырнуть нож в спину Догги, я бы постарался угодить точно в горб, но в последний момент сдержался: была команда прекратить побоище, если продолжу — могу запросто огрести от стражников.