Караван тронулся, наша троица двинулась во главе небольшой процессии из десятка возов, направлявшейся на ежегодную ярмарку в Лоррисдэйл. Что едем на ярмарку — эта информация сама собой возникла в моей голове. Как и та, что самый опасный участок пути — перевал Семи Мертвецов, где в последнее время участились нападения то ли разбойников, то ли каких-то тварей не от мира сего.

Почему перевал носит такое название? Снова смыкаю веки и напрягаю память, которая услужливо подсказывает историю двухлетней давности о семи паломниках, которые шли на север к священному дереву Иггдрасиль, а по пути решили заночевать на этом перевале. Расположились по обыкновению в большой пещере, вход в которую находится как раз возле дороги. Проходившие там же утром караванщики, заглянув в пещеру, обнаружили их всех семерых мёртвыми. При этом тела были обглоданы, только почему-то лица не тронуты, которые изображали такой ужас, что их тут же накрыли тряпками. Там же и закопали на обочине, кому охота таскать покойников, разыскивая их родственников? Решили, что это работа волков или каких-то других хищников, которые напали на безоружных паломников. Хотя высказывались и другие мнения. В общем, какой-то перевал Дятлова, только на местный манер.

Дорога поначалу была неплохой, мощёной булыжником. А вот дальше колея превратилась в месиво. Лошади с трудом вытаскивали копыта из чавкающей грязи, а колёса телег проваливались по самые ступицы. Вскоре мы втроём предпочли переместиться на обочину, где пробивалась травка, и грязи было значительно меньше.

Тем временем ехавший рядом Грили достал из котомки хлеб, сыр, поджаренные свиные колбаски и бутыль толстого стекла с молоком. Мариэль, немного склонившись с лошади, отщипнула у гнома себе немного сыра с хлебом, я же, почувствовав приступ голода, отхватил всего и побольше, не забывая запивать еду молоком из бутыли, так что от закупленной Грили провизии вскоре не осталось и следа.

Ближе к полудню тучи рассеялись, и природа в лучах солнца заиграла новыми красками. Мариэль заявила, что отъедет поохотиться, и примерно через час нагнала караван, держа в руке жирного тетерева. Грили забрал у неё дичь, принявшись общипывать птицу, сидя прямо в седле.

Мы с гномом тоже разочек отъехали, когда миновали очередной лес, но по более прозаической причине. Сидя со спущенными штанами напротив Грили, я размышлял, чем заменить туалетную бумагу? Мой напарник, похоже, не собирался подтирать задницу, из чего я заключил, что его и впрямь нужно как-нибудь искупать, слишком уж тяжеловатый от гнома исходит дух. Я же, немного подумав, решил, что свёрнутая трубочкой молодая кора с берёзки сможет меня немного осчастливить.