Все всё прекрасно поняли, и даже обошлись без нашего участия, хотя мы втроём и пытались тоже уцепиться за заменяющие жердины железные палки, к которым крепилась металлическая сеть.

— У нас и своих рук хватает, — сказал Гьорд. — А вот если дело примет непредвиденный оборот — ваши с гномом мечи и топоры придутся кстати.

А лук эльфийки некстати? Да она эту кикимору в глаз… Ах да, у твари глаз-то и нет, если верить Скопирду… Ну да ладно, Мари всегда найдёт чем помочь.

Я пожал плечами, что ж, оставим черновую работу норхеймцам, Хранители и впрямь хороши с оружием в руках, это я могу заявить без ложной скромности. Других в Гильдию не принимают, каждый проходит экзамен у командира триады, а после ты должен раз за разом подтверждать своё мастерство в боевых схватках. Сам-то я, правда. Попал в Хранители зелёным юнцом, если можно так выразиться, но мой босс, спасибо ему за науку,

Есть у Гильдии и своя школа, куда принимают будущих Хранителей на учёбу лет с десяти, а выпускают в семнадцать. Хенна хотя в ней и не учился, но знал, что в школе обучают не только числу и грамоте, но и в первую очередь воинскому мастерству. В том числе умению скрытно подкрасться к врагу, умению находиться под водой часами, или сделать яд, приняв который, человек скончается как-будто от сердечного приступа не сразу, а через день-другой. А самые одарённые либо остаются в личной гвардии руководства Гильдии, либо очень дорого продаются для личной охраны королей и прочих высокородных господ. С такого контракта приличная сумма достаётся и самой Гильдии, которая вложила в обучение Хранителя немалые средства. Например, 5-летний контракт на охрану какой-либо особы стоил в среднем три сотни золотых флоринов, из которых третья часть, то бишь сотня, шла в казну Гильдии. Разорвать контракт могла только смерть Хранителя, если же он вдруг решит сам сменить место службы или вообще покинуть Гильдию, то для этого должна быть весьма уважительная причина, опять же, выражаемая в золотом эквиваленте.

Протяжный звук рога, раздавшийся едва ли не над самым ухом, заставив меня непроизвольно вздрогнуть, отвлекая от раздумий. Это Скопирд дул в свой манок, привлекая кикимору. Я видел сосредоточенные лица норхеймцев, и понимал, что сейчас они готовы рисковать жизнью ради прихоти своего короля. Или его мамаши-ведьмы, что, в общем-то, не суть важно.

Скопирд закончил дуть в свой рог, и над болотом повисла гнетущая тишина. Все замерли в напряжённом ожидании. Прошла минута, и наш проводник снова было приложил рог к губам, но в этот момент затянутая ряской поверхность воды справа от нашей засады вспучилась, и перед нами во всей своей красе предстала белесая тварь, в точности такая, какой её описывал Скопирд — членистоногая слепая образина высотой метра два с половиной, с головой, сразу же переходящей в относительно плоское, как у жука, туловище. Четыре задние конечности служили для опоры, а передние две, снабжённые острыми пластинами, были призваны наносить смертоносные удары. Такая вот жутковатая пародия, на богомола.