— Вот! Вот что случается с теми, кто встаёт у меня на пути!

Самое интересное, что эту самую залитую смолой голову оставшимся в живых гвардейцам Келлана предстояло везти обратно в Лоррисдэйл. Равно как и письмо, которое писалось в моём присутстаии. В нём корявым почерком Вальбранда были изложены события, предшествовавшие казни изменника. Также в письме имелась приписка, сделанная рукой Клаудии, которая подтверждала, что именно так дело и обстояло, и просила отца пощадить семью Арвенона. Внизу письма стоял оттиск перстня Вальбранда, а сам документ был помещён в кожаный тубус, половинки которого скрепили сургучной печатью.

Почему наша триада не возвращалась в столицу Хэлендорна? Во-первых, Келлан выплатил нам всю сумму сразу, так что отчитаться о завершении контракта мы могли и здесь, благо что и в Хангарде имелась контора Гильдии. Правда, выглядела очень уж неказисто, да и конторщик был подстать этой хибаре, но дело своё знал.

Во-вторых, Вальбранд всё же нас заполучил. Не в том смысле что мы согласились ему служить… Он сделал нам предложение, от которого не отказываются.

— Вот что я решил, Хенна… Через три дня мои парни отправляются морем на остров Лайонесс. Их задача — добыть на болотах сердце кикиморы. Не спрашивай, зачем, просто оно… хм… кое-кому очень нужно. Они все опытные воины, и я почти уверен в успехе предприятия. Почти… Но рассказы о твоей удаче достигли даже Норхейма, и я подумал, что она не стала бы лишней в этом небольшом путешествии.

— Иначе говоря, вы хотите, чтобы мы с моими товарищами сунули свои головы в пасть льву?

— Да ладно, не стоит преувеличивать опасность, — деланно рассмеялся Вальбранд. — Болота находятся недалеко от побережья, далеко идти вглубь острова не придётся. И да, я согласен, чтобы ты прихватил и гнома с эльфийкой. Если вы трое согласитесь — запрятанное в саду дома Арвенона золото станет вашим. Как вы его откопаете — дело ваше, но уверен, что как-нибудь справитесь.

— А если мы откажемся…

— Если откажетесь, то не покинете пределы Норхейма. И твоё чудесное умение не поможет, когда за каждым кустом вас будет поджидать смерть. Ты даже не услышишь свиста стрелы.

Он смотрел на меня, пряча в бороде едкую усмешку, а вот судя по глазам, откровенно веселился.

— Могу я посоветоваться с товарищами?

— Конечно! Я бы даже настаивал, чтобы ты объяснил им ситуацию как можно более доходчиво.

Час спустя я снова стоял перед Вальбрандом, чтобы донести до него наше согласие. Выбора у нас и в самом деле особого не имелось, в чём Грили и Мариэль оказались со мной солидарны. А пять сотен золотых монет могут стать приличным гонораром, о котором не нужно будет никому отчитываться.