– К сожалению, нет. Я звоню вот почему: мне стало известно, что ваш муж получил в наследство от своего знакомого дом.
– Какой еще дом?
Она говорила с раздражением. Страйк подумал о толстосумах-мужьях, с которыми сталкивался по роду своей деятельности: многие из них скрывали от жен, что имеют холостяцкие квартиры. Не выдал ли он секрет Куайна, тщательно скрываемый от родных?
– Неужели это ошибка? Разве писатель по имени Джо Норт не завещал свой дом в равных долях…
– А, вот вы о чем, – сказала она. – На Тэлгарт-роуд, было дело. Уж тридцать лет с гаком прошло. А на что он вам сдался?
– Этот дом продали?
– Нет, – с досадой бросила она, – Фэнкорт, паразит, не дает согласия. Чисто из вредности – ему-то на что этот дом? С тех пор и стоит без пользы, если совсем не сгнил.
Страйк прислонился к стене возле билетных автоматов, уставившись в круглый потолок, укрепленный паутиной растяжек.
Вот что бывает, вновь упрекнул он себя, когда вкалываешь без продыху. Надо было первым делом задать вопрос: владеют ли они какой-либо другой недвижимостью? Надо было убедиться самому.
– Кто-нибудь проверял, нет ли там вашего мужа, миссис Куайн?
Леонора издевательски фыркнула:
– Скажете тоже! – Она заговорила так, будто Страйк предположил, что ее муж скрывается в Букингемском дворце. – Он тот дом терпеть не может, на пушечный выстрел к нему не приближается! Как я знаю, там ни мебели нету, ничего.
– У вас есть ключ?
– Не знаю. Только Оуэна там искать бесполезно! Он все эти годы туда носу не совал. Жуткая берлога, старая, заброшенная.
– Не могли бы вы поискать ключ…
– Мне делать нечего, как на Тэлгарт-роуд таскаться! У меня Орландо на руках, – добавила она, как и следовало ожидать. – Говорю же вам, он туда ни ногой…
– У меня к вам такое предложение, – начал Страйк. – Я заеду к вам прямо сейчас, вы дадите мне ключ, если, конечно, найдете, а потом я сам наведаюсь на Тэлгарт-роуд и посмотрю. Просто для очистки совести.
– Так ведь… нынче воскресенье, – озадаченно сказала она.
– Я в курсе. Вы поищете ключ?
– Ладно уж, – после короткой паузы согласилась Леонора. – Да только, – сделала она последнюю попытку, – Оуэна там нету!
Страйк с одной пересадкой доехал до Уэстборн-парка и, подняв воротник, чтобы защититься от ветра и ледяных струй дождя, направился по тому адресу, который при первой встрече нацарапала для него Леонора. Это был один из тех странных уголков Лондона, где миллионеры соседствуют с простым людом, селившимся здесь лет сорок с лишним назад. Умытые дождем кварталы представляли собой удивительную диораму: дорогие многоквартирные башни высились над рядами тихих, неприметных домишек – роскошь современности, уют старины.