Услышав шорох коттоновой ткани, Страйк, можно сказать, удивился, что так замешкался у Нины. Она снимала блузку, явно готовясь нырнуть к нему в постель.
– Мне нужно идти, – сказал он и опять потянулся за протезом.
– С какой стати? – Она сложила руки на груди. – Брось… сегодня же воскресенье!
– Дела, – солгал он. – У сыщика выходных не бывает.
– Понятно. – Нина старалась не выдать своего огорчения.
Страйк выпил кофе, поддерживая живой, но обезличенный разговор. Под ее взглядом он пристегнул протез и направился в ванную; когда он вернулся, Нина, свернувшись клубочком в кресле, с расстроенным видом жевала круассан.
– Ты точно не знаешь, где находился тот дом? Который получили в наследство Куайн и Фэнкорт? – спросил Страйк, натягивая брюки.
– Что? – встрепенулась Нина. – Неужели… господи, неужели ты собираешься его разыскивать? Я же тебе сказала: наверняка его продали сто лет назад!
– Надо, пожалуй, расспросить жену Куайна, – сказал Страйк.
Он обещал позвонить, но скорее из вежливости, как бы между прочим, чтобы Нина не возлагала на это особых надежд, и ушел с чувством определенной благодарности, но без угрызений совести.
Под колючим дождем он шагал незнакомой улицей к станции метро. В витрине пекарни, где Нина покупала круассаны, уже вывесили рождественские гирлянды. Большое, нахохленное отражение Страйка скользнуло по испещренному дождем стеклу. Окоченелая рука крепко держала пластиковый пакет, который вовремя дала ему Люси, чтобы сложить открытки, подарки, именинный виски и коробку с блестящими новыми часами.
Мыслями он неодолимо возвращался к Шарлотте, которая в тридцать шесть выглядела на двадцать пять: сегодня она праздновала день рождения со своим новым женихом. Не иначе как получила в подарок бриллианты, думал Страйк; она вечно заявляла, что ей плевать на такие вещи, но во время скандалов всякий раз тыкала его носом в мишурный блеск всего, что он не мог ей дать…
Успешный человек? – спросил Грег про Оуэна Куайна, подразумевая: «Большой автомобиль? Шикарный дом? Жирный банковский счет?»
Страйк миновал кофейню «Битлз», с вывески которой на него смотрели эффектно расположенные черно-белые изображения Великолепной четверки, и вошел в вестибюль станции метро, где было относительно тепло. Ему не улыбалось провести это дождливое воскресенье одному в мансарде на Денмарк-стрит. Хотелось чем-нибудь заполнить день рождения Шарлотты Кэмпбелл.
Он остановился, достал мобильный и позвонил Леоноре Куайн.
– Алло! – рявкнула она.
– Здравствуйте, Леонора, это Корморан Страйк…
– Нашли его? – требовательно спросила Леонора.