Нины рядом не было; в воздухе плыл запах кофе. Как и предполагал Страйк, в постели Нина оказалась восторженной и энергичной; она разогнала тоску, которая охватила его после дня рождения. Но теперь он думал лишь о том, как бы поскорей отсюда убраться. Промедление могло вызвать у нее надежды, которые расходились с его планами.
Протез был прислонен к стене. Рискуя свалиться с кровати, Страйк потянулся за ним, но тут же отпрянул, потому что дверь спальни распахнулась и вошла Нина, полностью одетая, с влажными волосами. Прижимая локтем газету, она несла две чашки кофе в одной руке и тарелку с круассанами в другой.
– Я на улицу выбегала, – учащенно дыша, сообщила она. – Холодина, ужас! Потрогай мой нос – как ледышка.
– Это лишнее, – кивнул Страйк в сторону круассанов.
– Но я умираю от голода, а здесь в двух шагах фантастическая пекарня. Ты лучше сюда посмотри: «Ньюс оф зе уорлд», эксклюзивный материал от Доминика!
С первой полосы смотрел опозоренный пэр, чьи тайные счета раскопал Страйк по заказу Калпеппера. По бокам располагались снимки двух его любовниц, а также копии банковских документов с Каймановых островов – Страйк вытянул эти бумаги у личной секретарши пэра. «ЛОРД ЗАПАРКЕР-ПЕННИУВЁЛ» – кричал заголовок. Страйк схватил газету и пробежал глазами материал. Калпеппер сдержал слово: обманутая секретарша нигде не упоминалась.
Нина примостилась рядышком на кровати и читала вместе со Страйком, отпуская удивленные комментарии: «Господи, как можно, в голове не укладывается» или «Фу, какая низость».
– Калпепперу это явно не повредит, – заключил Страйк, когда они дочитали до конца, и сложил газету.
Его взгляд упал на число: 21 ноября. День рождения его бывшей невесты. Не сильный, но ощутимый удар под дых и внезапный наплыв ярких, ненужных воспоминаний… год назад, почти час в час, он проснулся рядом с Шарлоттой в квартире на Холланд-Парк-авеню. Ему вспомнились ее длинные черные волосы, широко распахнутые зелено-карие глаза, тело, какого ему больше не видеть и не ласкать… В то утро на них снизошло счастье: постель была как спасательный плот в бурном море их бесконечных ссор… Перед этим Страйк подарил ей браслет, покупка которого вынудила его взять кредит (втайне от Шарлотты) под немыслимые проценты… а двумя днями позже, на его день рождения, она подарила ему итальянский костюм, и они пошли в ресторан, где фактически назначили дату свадьбы – через шестнадцать лет после первой встречи… Но назначенная дата лишь стала началом нового кошмарного этапа в их отношениях, словно нарушив то опасное равновесие, с которым они уже свыклись. Шарлотта стала еще более непредсказуемой, еще более вздорной. Перебранки и сцены, разбитые тарелки, обвинения его в неверности (притом что это она, как теперь виделось Страйку, тайно встречалась с мужчиной, за которого теперь собиралась замуж)… так продолжалось без малого четыре месяца, пока они после безобразного, яростного скандала не расстались окончательно.