Нам открыла изнутри Тамарка, я указал, куда надо ставить вещи, и она вместе с Эдиком бодро начала перетаскивать пакеты и сумки.

— Кто поедет со мной, кто с Гришей — определились? — спросил я по ходу перетаскивания.

— С Гришей я и Эдик поедем, — ответила она, — остальные с тобой. Гриша впереди — Эдик ему будет дорогу подсказывать.

— Логично, — согласился я.

В это время зарычал мотор с противоположной стороны корпуса, я догадался, что это капитан пригнал туда свою служебную машину.

— Так, — скомандовал я Тамарке, — остальные пакеты грузите в гришин УАЗик.

— Это почему? — спросила она.

— Потому что все яйца в одну корзину класть не следует, — поведал я ей азбучную истину, — если с моим Дастером что-нибудь случится, у оставшихся в живых должен быть запас продуктов.

— Будем надеяться, — ответила она, — что до железной дороги мы все доживем.

— Будем надеяться на лучшее, — пробурчал я, — и рассчитывать на худшее.

Погрузка вещей быстро закончилась, после чего мы с Гришей накоротке устроили летучку перед походом.

— Ты идешь впереди, — сказал я, — с Тамарой и Эдиком. Эдик указывает дорогу. Я следую в твоем фарватере метрах в десяти-пятнадцати.

— Все верно, — ответил он, — с тобой едут Ирина, Афоня и Анвар. В случае непредвиденных ситуаций действуем по обстоятельствам… патроны береги, их немного осталось.

— Осталось обсудить, — добавил я, — что будем делать после прибытия на место…

— Никуда не выходим, на разведку пойдет Эдик, ты его прикрывать будешь… все дальнейшее обсуждать не имеет смысла, мало ли как оно все сложится, — закончил он свою мысль и я полностью с ним согласился.

— Спасибо этому дому, — не смогла удержаться от банальности Тамарка перед тем, как сесть в УАЗик, — поехали к новому.

А я подождал, пока Гриша вырулил из-за левого края корпуса, и пристроился строго за ним. Муравейник слева по борту оказался совсем уже безжизненным, насекомые валялись на нем и рядом, устилая своими телами все в радиусе десятка метров.

— Может, и не стоило нам так резко срываться? — задала вопрос в воздух Ирина, — жизнь-то, похоже, начала налаживаться…

— Может быть да… — хмуро отвечал я, — а может, и нет. Увидим очень скоро… в конце концов вернуться назад никогда не поздно будет.

Гриша снес шлагбаум, он с жалобным треском сломался и упал на землю, усыпанную сосновыми иголками. Справа остались гаражи и подсобные помещения, и вот он, конец территории санатория и выезд на грунтовку.

— Тут болота сплошные и слева, и справа, — сообщил Анвар, — я лично никогда сюда не совался. Комаров прорва.

— А сейчас что-то ни одного нет, — заметил я.