— Идите! — согласился Тимур и махнул в подтверждение рукой. — Я подежурю.

— Оно тебе зачем? — Сима прикрыл рукой глаза, чтобы их не заливало. — Какой-то комариный подвиг получается!

— Что здесь мокнуть, что там, — отозвался Тимур. — До главного лагеря не доберёмся, в промежуточном нет шатра. Включу подогрев дождевика посильнее, чтоб влага быстрее испарялась. У меня батарея недавно заряжена. На ночь хватит, надеюсь.

Серафим пожал плечами. Дело хозяйское. Спорить с командиром не стоит. Да, они, безусловно, друзья. Субординацию же никто не отменял. Тем более, Тимур просто так себя гнобить не будет. Обнаруженный объект оказался крайне непростым, и любой неправильный шаг способен погубить всю группу. Это Сима усвоил ещё на этапе стажировки.

Он развернулся, чтобы уйти, и тут Тимур схватил его за плечо, подпихнув бинокль и сориентировав по направлению. Серафим сначала ничего не увидел, потом, всмотревшись внимательно, обнаружил в районе главного КПП два небольших силуэта.

— Дети? — изумился Сима.

— Подозреваю, что да, — Тимур кивнул.

— Откуда они взялись?

— Ещё бы я знал…

— Что будем делать? — Серафим то поглядывал в бинокль, то на командира.

Тимур замялся. Они ведь совершенно ничего не знают ни об институте, ни о его обитателях. Возможно ли, что дети местные? Да. Есть ли вероятность, что они заблудились и пришли сюда случайно? Тоже. Пусть и не особо близко, но в Мещере много действующих спортивных лагерей. Вдруг они потерялись во время лесной прогулки?

Ситуация складывалась противоречивая, не дававшая выбрать правильного решения. Кидаться очертя голову — угробить парней. Ничего не предпринимать — подвергнуть опасности детские жизни. Существовала же такая угроза? Конечно.

Тимур ещё пребывал в размышлениях, когда со стороны института раздался выстрел. Что же там за калибр, раз и дождь стрельбы не заглушил⁈

— Поднимай всех наших! И сообщите Павлову! — скомандовал Тимур. — А я попробую подобраться поближе!

Рязанская область, 2341 год.

Шатёр ставить не захотели. Слишком много с ним возни. Обошлись обычными палатками, правда, не поленившись надуть матрасы. Желающих спать на твёрдой земле не нашлось. Тимур присел у костра и открыл карту. В век саморазогревающейся пищи и одежды с автоматическим поддержанием тепла открытый огонь играл исключительно эстетическую роль. С ним ощущался какой-то странный уют, родом, наверное, из очень далёкого прошлого человечества. Тогда костры использовались для приготовления пищи, грели, отпугивали хищников и отгоняли своим дымом гнус.

Теперь даже последнее не требовалось: по периметру лагеря стояли специальные ловушки, излучавшие тепло и выбрасывавшие в воздух смесь углекислого газа со специальным составом, имитировавшим человеческий запах, но в разы сильнее, чем тот, что исходил от находившихся неподалёку людей. Коварство инженеров здесь не заканчивалось. Ячейки сетки, прикрывавшей ловушки, позволяли мелким и среднего размера насекомым проникнуть внутрь, поближе к теплу и запахам. Их более крупные собраться застревали снаружи, только спастись не удавалось никому. Специальный датчик определял оптимальное количество комаров и давал команду на уничтожение. Вспыхивал огонь, и незадачливые кровососы отправлялись на болота вечного лета, где людей можно кусать сутками напролёт, а они лишь улыбаются и просят ещё.