Собственно, серьёзно хулиганить Маруся начала с походом в школу. В садике она сумела найти общий язык с большинством погодок, а после смены коллектива случилась притирка, растянувшаяся во времени. Тех, кто ходил в одну группу, редко объединяли в один класс: людям требовалось научиться жить друг с другом, вливаться в новые коллективы, решать возникающие разногласия. Проще говоря, встраиваться в общество. Девочка отнеслась к процессу социализации без энтузиазма, не особо сопротивляясь и не проявляя повышенного рвения.

Макар полагал, что так Маруся пытается оградить себя от произошедших в её жизни изменений. Привычный мирок разрушился, новый не успел стать обыденным. При этом он не был неправильным, плохим, чтобы захотелось против мира восстать, просто отличался от предыдущего. Практически все дети спокойно принимали обновлённую реальность, подопечная же робота слегка упиралась. Она не знала словосочетания «сизифов труд» и крайне удивилась бы, узнав, что именно им и занимается.

И вот Маруся исчезла. Как? Почему? Макар не находил себе места. По отсутствию Пашки он догадывался, что, скорее всего, пахнет побегом. Куда и зачем? Ночью в лесу — это не вечером в парке или во дворе. Причина должна быть настолько веской, что ради неё оправданы любые риски. Не потащились же они в чащу, возжелав сомнительных приключений⁈

Узнав, что Маруся с Пашкой нашлись, пусть об их возвращении в лагерь не шло и речи, робот, несмотря на уговоры, отказался кого-либо слушать, сверился с картой и выдвинулся в путь. В лагере разведчиков ему пришлось долго убеждать Тимура в необходимости ещё одного участника переговоров. Командир пребывал в уверенности, что помощник, привязавшийся к девочке, может оказаться помехой, будучи согласным на любые условия, лишь бы её освободили. Права голоса Макар не имел, но существовал риск, что противоположная сторона примет его слабость за слабость всей группы.

Победило красноречие робота, подкреплённое обещанием не делать глупостей, молчать и не вмешиваться ни при каких обстоятельствах. Макар сдержал слово. Да, у него нашлись бы свои аргументы в общении с сержантом, кто бы сомневался. Только командовал Тимур. Наверняка он действовал по прямому поручению Павлова, соблюдая данные ему инструкции. И как бы помощнику ни хотелось вставить свои пять копеек, делать так не следовало.

Симу с самого начала разговора бесил сержант. Сил нет, как хотелось ему втащить! Никогда до сегодняшнего дня у Серафима не возникало желания кого-то отметелить. Просто, без повода, ради собственного удовольствия. Возможно, потому что ни разу разведчик не сталкивался с откровенным козлом. А тут целый сержант!