втянул в себя воздух и вполголоса помянул всех богов. Сдается, ему очень не понравилось содержимое саквояжа. Ну а я тем временем осторожно обхватила книгу пальцами и потянула на себя. Она оказалась неожиданно тяжелой, словно целиком состояла из свинца. Обложка была не просто черной — она словно впитывала свет, отбрасывая лишь тусклые, маслянистые блики. На ощупь материал напоминал бархат, но был прохладным и чуть шероховатым. По центру виднелся замысловатый узор. Сперва я подумала, что это просто сложное переплетение шипов, но, приглядевшись, поняла, что шипы обвивают луну в фазе затмения. Патрик не сделал ни малейшей попытки остановить меня, когда я достала книгу и положила ее на стол. Поверенный тоже помалкивал. И, слегка осмелев, я открыла ее, не без усилий справившись с мудреной застежкой из черненного серебра. Затаив дыхание, я зашелестела страницами. Подумать только, передо мной гримуар! Настоящий ведьминский гримуар, в этом я ни капли не сомневалась. Но почти сразу я с разочарованием фыркнула. — Тут ничего нет, — протянула обиженно и посмотрела на Эдмунда. — Ни слова, ни буквы. Все страницы чистые. — Потому что вы — не ведьма, госпожа Трелони. — Поверенный с легкой улыбкой покачал головой. — Это книга заклятий вашей бабушки. Ее содержимое откроется не только той, в чьих жилах течет ее кровь, но кто к тому же принял и память рода через метку.. — Это и есть мое наследство? — Я скептически заломила бровь. — Движимое и недвижимое? — Ага, так точно. — Но как книга может быть движимым имуществом? — не унималась я. Поверенный лишь небрежно всплеснул руками. — Понятия не имею, — признался с обескураживающей честностью. — Госпожа Трелони, я даже не маг. Поэтому не задавайте мне вопросов, на которые у меня априори нет ответов. — Но что мне с этим делать? — Я еще раз пролистала страницы книги. Абсолютно белые и пустые. — Полагаю, сохранить как память о предках. — Поверенный вытащил из кармана сюртука часы на длинной цепочке, глянул на них и озабоченно насупился. — Госпожа Трелони, на этом я вынужден вас оставить. В папке все документы по наследству. Его вы приняли по всем правилам. Поэтому позвольте на этом откланяться. — Но… Эдмунд уже не слушал меня. Он направился прочь, однако на самом пороге притормозил и как-то странно глянул на Патрика. — Да? — немедленно спросил он. — Нет-нет, ничего. — Эдмунд почему-то заулыбался, правда, его глаза за стеклами пенсне оставались очень серьезными и сосредоточенными. — Я так, о своем вдруг подумал. Резко развернулся на каблуках