пришло в Уотгорд, — пробормотала я. — Как раз в тот город, где мои родители жили незадолго до гибели. — Полагаю, Лилибет через некоторое время все-таки нашла способ встать на след мятежной дочери, — мягко предположил Эдмунд. — Знала же она о существовании внучки. Но к тому времени было уже поздно что-то менять. Изабелла давно была замужем и не собиралась возвращаться в Грег. — А вам не кажется подозрительным, что родители Катрины погибли в огне всего через четыре дня после смерти Лилибет? — спросил Патрик. Он весь подобрался, вновь превратившись во въедливого дознавателя. — Не надо меня допрашивать, господин Чейс! — строго одернул его Эдмунд. — Это вы — представитель надзора. Поэтому этот вопрос надлежит адресовать именно вам. Считаете, что родителей Катрины убили? Тогда начинайте расследование. Только учтите, что Лилибет не могла быть к этому причастна. Потому что, как вы сами верно заметили, умерла до столь печального происшествия. Или думаете, что она вернулась с того света карающим призраком? — Почему бы и нет, — буркнул Патрик себе под нос. — Темные ведьмы чрезвычайно мстительны. При желании Лилибет нашла бы способ покарать дочь за непослушание и из-за границы миров. — Темная ведьма? — с испугом выдохнула я. — Ты считаешь, что моя бабушка была темной ведьмой? Патрик криво дернул одной половиной рта. — Не считаю, а знаю точно, — обронил сухо. — На это слишком много указывает. Во-первых, пусть слабое, но все-таки проклятие на твоих драгоценностях. Во-вторых, характер действия семейных амулетов. Светлыми их точно не назовешь. Ну а в-третьих, то, что Лилибет, как только что сказал этот достопочтенный гражданин, занимала высокое положение при верховной ведьме Грега. До недавних пор кресло главы ковена, к позору магического надзора, принадлежало Терезе Гремгольд. И эта особа весьма отличилась в служении богини ночи со всеми вытекающими из этого последствиями и многочисленными жертвами. Я покосилась на поверенного, ожидая, что он одернет Патрика и возмущенно прикажет ему не выдумывать небылицы про мою бабушку. Но на его лице не дрогнуло ни мускула. — Да, госпожа Трелони, в прошлом Грега было немало, не побоюсь этого слова, постыдных страниц, — проговорил Эдмунд спокойно. — Хорошо, что это больше никогда не повторится. — Так вы тоже думаете, что Лилибет Вейс могла убить дочь за непослушание? Я потрясенно прижала руки к груди, напряженно ожидая его ответа. — Я еще раз повторю, что этот вопрос необходимо адресовать магическому надзору, — мягко произнес поверенный.