и подошел к двери, которую толкнул ногой. Та с тихим скрипом поддалась, открыв вид на темную прихожую. — Свет, — негромко произнес он, и над его плечом вспыхнул маленькая, но очень яркая магическая искра. То, что открылось нашему взору, заставило меня потрясенно ахнуть. В доме Теоны царил абсолютный, чудовищный хаос. Ковер в прихожей был безжалостно скомкан и отброшен в сторону. Повсюду валялись перевернутые стулья, разбитые фарфоровые статуэтки и сорванные с окон портьеры. — Жди меня, не суйся один, — сухо приказал Патрик, когда Густав покачнулся вперед, готовый войти. Мужчина послушно замер, дожидаясь, когда мы подойдем ближе. Около самой двери Патрик замялся. Глянул на меня, потом на беспорядок внутри дома. Я, конечно, не обладала талантом телепатии. Но мысли и сомнения Патрика слишком отчетливо были написаны на его лице. Он очень не хотел, чтобы я следовала за ним. И на краткий миг мне показалось, будто сейчас он потребует, чтобы я осталась снаружи. Но Патрик лишь тяжело вздохнул. — От меня ни на шаг, — сурово предупредил. — И если я скажу бежать — ты побежишь. А если рявкну лежать — рухнешь на пол и замрешь. Не споря и не медля ни на миг. Поняла? Я торопливо кивнула. Патрик еще раз вздохнул, недовольно покачал головой и первым вошел в дом. За ним отправился Густав. Ну а я мудро старалась держаться за спинами мужчин. Не буду лезть на рожон. Патрик предупредил, что ничем хорошим это для меня не закончится. И я не про загадочного злодея. Я про его угрозы, что он устроит мне «веселую» жизнь, если вздумаю глупить и своевольничать. Густав медленно двинулся вперед. Над его головой ярко горела магическая искра, которая без особых проблем выхватывала из тьмы обстановку дома. Патрик тем временем внимательно осматривал разгромленную прихожую. — Патрик, глянь! — вдруг послышалось из гостиной. Там картина оказалась еще хуже. На полу валялись книги с выдранными страницами, ящики комода были вывернуты, а обивка дивана вспорота так, будто кто-то искал внутри спрятанные документы или какие-то ценности. Дверцы массивного платяного шкафа были распахнуты настежь, и его содержимое — платья, шали, верхняя одежда — ровным слоем покрывало все вокруг. На столике перед камином сиротливо лежала шкатулка для драгоценностей с варварски вырванной крышкой, внутри — пусто, ни единого колечка. — Такое чувство, будто здесь что-то искали, — пробормотала я и с опаской переступила разбитую вазу. — Или собирались в бешеной, панической спешке, — мрачно поправил меня Патрик. Все-таки не верит