Кто бы знал, что мне предстоит снова фотографировать Ильяну? А Рома? Тоже знает? Мог бы и предупредить.
— Судя по макияжу, начинаем с платья?
— Да, — отвечает Алена.
— Хорошо.
Снова направляюсь к центру, где стоит журнальный столик.
— Воды мне налей, — кивает Ильяна на прозрачный графин.
— Воды? Тебе? Я — фотограф, а не официантка, — холодно произношу и начинаю настраивать свет.
Поправляю объемный свитер, радуясь, что с утра отдала предпочтение именно ему.
— А я приглашенная звезда! — Мотнув рыжей копной, наклоняется чуть вперед.
Видеть ее не могу.
Я пытаюсь выстроить бетонную стену в груди, чтобы эта тварь не добралась до нутра и не разбередила ещё свежие раны. Дернув белоснежный планшет, улыбаюсь оттого, что Ильяна вздрагивает от резкого звука.
— Может, ты и звезда, — смотрю на нее с иронией. — Только вряд ли приглашенная... Я ведь прекрасно знаю, сколько ты платишь за то, чтобы твои фотографии и интервью разместили у нас в журнале.
— Су-ка, — ее лицо становится багровым. — Какая ты сука!... Мстишь мне, да? Потому что он меня там, в клубе трахнул?...
Чёрт. Прячу дрожащие пальцы в карманы.
Ненавижу тебя, Березовский!...
Усмехнувшись, выдерживаю злой взгляд и спокойно зову визажистку:
— Ален, она что-то так вспотела, срочно припудри, пожалуйста. «Глянцу» нужна красивая картинка, а не… не вот это вот все!...
Мы все окунаемся в работу.
Несмотря ни на что, кайфую от того, где нахожусь. С ума схожу от эйфории. Я делаю снимки для главного еженедельного издания страны и востребована, хотя все в сложившейся ситуации кричит о том, что должна материально зависеть от мужа, с которым развожусь.
А ни черта! Справлюсь!
Ильяна, на удивление, тоже ведет себя как профессионал. Не пререкается, спокойно делает то, что я прошу. Спустя полчаса переодевается в новый образ, костюмер с визажистом кружатся над ней, причитают и стараются всячески угодить.
— Мне не нравится этот комбинезон, — говорит «звезда», расталкивая девчонок.
— Вы согласовывали референсы с дизайнером, — спокойно напоминаю. — Под комбинезон подбирались обувь и аксессуары. Заменить их я уже не смогу!...
— Мне все равно. Я не буду в этом фотографироваться… Сказала же, тебе живот на мозги давит?...
— Послушай, — прикрикиваю и тут же чувствую, как голова идет кругом.
В ушах снова шум дождя, вот только наушники я давно сняла. Ноги становятся ватными. Понимаю, что вот-вот упаду, поэтому обхватываю ладонью штатив и испуганно смотрю на Алену.
— Вызови, пожалуйста, скорую, — шепчу, пытаюсь осознать своё тело в пространстве. Такая усталость накатывает... — Мне что-то плохо.