Вырваться он не сможет, отказаться от благосклонности орчанок тоже, заодно узнает, чем они там пахнут.
— Гатар, — по щекам Минта буквально текли слезы, — да ты же… ты же настоящий Бард!
— Это все твоя помощь! — вдохновенно вскричал в ответ Гатар. — Ты — настоящий бард и учитель!
— А потом они поцеловались, — скучающим тоном проворчала Ираниэль. — И жили долго и счастливо, и умерли в один день, достигнув 1000-го уровня.
Похоже, подобные сцены повторялись в прошлые дни неоднократно и она успела от них устать.
— Ничего-то ты не понимаешь в мужской дружбе, — насмешливо ответил Гатар. — В женской, впрочем, тоже.
— Я все понимаю в женской дружбе! Марена, мы же подруги?
Марена замерла, пытаясь сообразить, подруги ли они и не собирается ли Ираниэль совершить нечто противоестественное.
— Соглашайся и она поможет тебе добиться Гатара, — шепнул ей Бран.
— Да, мы — подруги!! — вырвалось у Марены.
Потом она посмотрела немного изумленно на Брана, но решила не ломать голову и снова повернулась к Ираниэль, спросила у нее, пытаясь сделать голос игривым.
— Хочешь покататься на Моростоне?
Черепаха как раз плескалась у берега, что-то там хватала со дна и хрустела. Услышав, а точнее почуяв эмпатический посыл от хозяйки, Моростон поднял голову, затрещал там что-то радостно по-своему.
— Эй, так нечестно! — возмутился Гатар. — С советами от мастера Брана любой сможет!
Ираниэль немедленно наклонилась к другому уху Марены и что-то зашептала, потом они обе захихикали. Белокожая, рыжая, крепкая и мускулистая Марена и худощавая, темнокожая и черноволосая Ираниэль, практически одинакового росточка, они сейчас удивительно походили на подружек, несмотря на разницу во внешности и возрасте.
— Так, хватит разговоров! — сердито заявил Гатар. — Давайте, собрались и выходим из ущелья! Если что мы шли вдоль гор, а потом наткнулись на речку и повернули! Когда дойдем до речки — наполним фляги!
— А не опасно? — поинтересовался Нимрод.
— Нет, — отмахнулся Гатар, — чуть зайдем в ущелье, у нас из горных рек скот не поят, по давнему уговору с авианами. Бывают, конечно, дураки, из племени Толстого Голубя или там, Дикого Крота, но мы — никогда!
Похоже, Нимрода он ничуть не убедил, даже наоборот.
— Я проверю воду, — сказал ему Бран.
Моростон отправился в магический карман, а группа вдоль ущелий. Насколько помнил Бран, практически весь южный полуостров выглядел так же — к морю выходили скалы, не пристанешь, не высадишься. Еще одна причина, по которой никто не лез в Авиату, оставляя горы крылатым обитателям.
— А чего нас сразу возле стойбища не высадили? — сердито поинтересовался запыхавшийся Минт. — Если все так дружат с авианами?