— Нет, — ответил Бран.
— А ну вставай! — гаркнула Марена, вскакивая. — Давай, давай, вставай, время не ждет!
— О, слушай, отличное начало для песни, — обрадовался Минт, поднимаясь. — Давай, давай, вставай, время не ждет, бой предстоит горячий, давай, давай, руби и убивай, лови за хвост удачу! О, слушай, у нас уже отличный дуэт получается! Дед твой, правда, против, но я уверен, мы поладим. Я мог бы петь твоим питомцам, ты знала, что под музыку живые лучше растут и легче набирают уровни?
— Да замолчи ты уже! — крикнула злая Марена. — Доставай оружие и бейся! Побьешь — будешь моим мужем! Вот тебе в том мое паладинское слово!
Бран, уже открывший было рот, чтобы одернуть, досадливо крякнул и провел рукой по волосам. Молодость, конечно, крупный недостаток, но нельзя же так ляпать языком! Следовало бы поработать над ее сдержанностью… следовало бы, будь она ученицей Брана.
Старшие родственники поучали младших и покрикивали на них, та же Милли регулярно вправляла мозги внукам. Возможно, Брану тоже следовало вмешаться, но не как учителю и герою, а как деду?
— А вот и побью! — выпятил грудь Минт, словно изображая отощавшего Гатара, распахнул широко руки. — Поражу в самое сердце своей добротой и лаской, и заботой!
Ираниэль попробовала придвинуться ближе, но наткнулась на локоть Брана.
— Я ведь могу и измениться, стать другой, — взволновано произнесла Ираниэль. — Каких женщин вы предпочитаете?
Бран припомнил предпочитаемых им в последние годы женщин, пожилых, толстых, опытных в домохозяйстве и усмехнулся. Точно не типаж Ираниэль. Минт и Марена перекрикивались, словно хотели оглушить друг друга.
— С мозгами, — ответил он, — и способных понимать отказы.
— Но вы же герой! — взмолилась эльфийка, прикладывая руки к своей огромной груди. — Неужели вы не спасете девицу в опасности?
— Нет, — отрезал Бран.
Ираниэль, помрачнев, поднялась и удалилась на несколько шагов, на другой край помоста, бормоча что-то под нос о дураках-писателях, дурацких героических романах и дурах, которые их читают и верят. Возможно, это тоже был жест «на публику», так что Бран не стал торопиться с угрызениями совести.
Разумеется, он мог бы «спасти» Ираниэль, благо Адаптивное Сопротивление удерживало его тело и разум пока что от возрастной деградации. Тело ее не оставляло Брана равнодушным, хотя и юнцом, которому вид сисек затмевает разум, он давно уже не был.
— Выходи и дерись или я тебе так молотом врежу! — настаивала Марена.
— Ты и без того победила меня своим видом! — уверял ее Минт, прикладывая руки к сердцу.
Закончилось все вполне ожидаемо. Бац! Кулачок Марены мелькнул и Минта сбило с ног, перекувыркнуло через голову и едва не сбросило с помоста — сеть удержала.