— Ты храбрый солдат, Барс. Жаль, что твою верность вложили не в то дело. Ты не заслуживаешь участия в этом фарсе.

Ее пальцы в серебряной перчатке нашли то, что искали. Короткий, точный тычок в едва заметную вибрацию на его покрове. Силовой щит, до этого казавшийся непробиваемым, замерцал и погас, как перегоревшая лампочка. Прежде чем Барс успел восстановить защиту, она нанесла еще один удар. В точку на шее, под ухом. Он замер. Его глаза удивленно расширились. Затем он тяжело рухнул на колени, а после — лицом на бетонный пол.

Лиса и Шпилька не растерялись. Страх в их глазах сменился звериной яростью. Они обе, профессиональные соблазнительницы, шагнули вперед и… синхронно атаковали с двух сторон. Лиса с пронзительным визгом бросила в Аргенту свою дорогую сумочку, как гранату. Шпилька, воспользовавшись заминкой, уже была рядом, ее острый, как стилет, каблук целился в висок серебряной воительницы. Их движения были быстрыми, отточенными, как у уличных хищниц.

Аргента лишь презрительно фыркнула. Она легко отбила летящую сумочку. Затем, вместо того чтобы уворачиваться, сделала шаг вперед. Она перехватила ногу Шпильки, развернула ее и с силой толкнула. Шпилька, потеряв равновесие, врезалась прямо в Лису, которая как раз заходила для атаки.

Два коротких, почти небрежных движения руками. Две головы с глухим, тошнотворным стуком столкнулись друг с другом. Девушки, издав тихий стон, мешками рухнули на пол рядом с телом Барса, образовав очень дорогую и очень бессознательную кучу-малу.

— Даже у паразитов есть когти. Жаль, что это все, что у вас есть. Хороши лишь для того, чтобы царапать мебель.

Остался только Витек. Он стоял один посреди склада, заваленного наподвижными телами. Его малиновый пиджак в багровом свете аварийных ламп казался пропитанным кровью. Ужас в его глазах боролся с отчаянием. Он развернулся и бросился бежать вглубь склада, спотыкаясь о разбросанные ящики и выкрикивая что-то нечленораздельное.

Аргента не погналась за ним. Она просто шагнула. Один-единственный, плавный шаг, и она оказалась прямо перед ним, отрезая путь к отступлению.

Витек в ужасе отшатнулся. В его руке все еще была ржавая монтировка. Это был последний довод, последняя надежда. Он с диким, отчаянным криком замахнулся и ударил.

Аргента легко, почти лениво, перехватила монтировку за сантиметр до своей головы. Пальцы в серебряной перчатке сомкнулись на ржавом металле. Рывком она выхватила монтировку из его рук.

С тихим, скрежещущим звуком, словно это был пластилин, она согнула монтировку в причудливый узел. И небрежно отбросила ее в сторону. Металлолом с лязгом ударился о контейнер.