— Сегодняшний контракт закрыт, — его голос, как всегда, был спокоен, как гладь замерзшего озера. — Твое имя в списке не значилось.

Он убрал свой старинный револьвер в потайную кобуру под плащом. Движение было плавным, отточенным, как у фокусника, прячущего карту.

— И зачем это все? — вырвалось у меня.

Он пожал плечами, и его плащ качнулся.

— Работа есть работа, — просто ответил он. — А ты… ты создал идеальный хаос. Я им просто воспользовался. Считай это профессиональной любезностью. Ты избавил меня от необходимости устраивать лишнюю суету.

Он усмехнулся — тихий, сухой смешок, который прозвучал в мертвой тишине особенно жутко.

— Не каждый день видишь, как повар переворачивает весь преступный мир с ног на голову. У тебя есть талант, Хирург. Талант к созданию проблем. Это ценное качество. По правде, ты мне кое-кого очень напоминаешь… но, возможно, это лишь совпадение.

Он усмехнулся.

Я молчал, пытаясь понять, что происходит. Этот человек, хладнокровный убийца, сейчас говорил со мной почти как с коллегой.

— Я здесь закончил, — продолжил он, и его голос снова стал серьезным, лишенным иронии. — Позволь дать совет напоследок.

Он сделал шаг в мою сторону.

— Мои заказчики… они не любят свидетелей. Особенно таких шумных и непредсказуемых, как ты. Подозреваю, они считают, что ты видел слишком много. И знаешь слишком много. Сегодня они хотели убрать двух пешек, которые вышли из-под контроля. Но теперь на доске осталась одна фигура, которая им мешает. Ты.

«Сеня, это называется „плохие новости, завернутые в очень дорогие похороны“, — прошептала Алиса. — Он намекает, что следующий контракт — наш. Нам нужно валить. В другую галактику. Прямо сейчас».

— Следующий контракт, скорее всего, будет на тебя, — подтвердил Стрелок, словно услышав мысли Алисы. — И они не будут нанимать кого-то вроде меня. Это слишком дорого и оставляет слишком много следов.

Он поднял голову, и мне показалось, что из-под полей шляпы на меня смотрят два холодных, безразличных огонька.

— В этот раз они разберутся… лично.

От этих слов по спине пробежал холодок.

— Так что будь готов, Хирург, — сказал он, и это прозвучало не как угроза, а как сухое, беспристрастное предупреждение. — Заварушка только начинается.

Он кивнул мне — короткий, почти незаметный жест уважения.

— Удачи, повар. Она тебе понадобится.

С этими словами он развернулся. Шагнул в самую густую тень под балконом, где красный свет аварийных ламп тонул в непроглядном мраке. И просто исчез.

В повисшей ледяной тишине раздался неожиданно бодрый и жизнерадостный голос Беллы. Она, кажется, окончательно пришла в себя и восприняла происходящее как продолжение шоу.