— Его зовут Лука Фрозо. Он доверенное лицо кардинала Франко. По… различным вопросам, — обозначив таким образом ручного убийцу, святой отец изучающе посмотрел на меня. — Я бы хотел просить вас, Игорь, посмотреть его.

— Что именно вас интересует? — уточнил я, чувствуя себя маленькой девочкой-телепатом, запертой в подвалах ЦРУ и вынужденной читать мысли русских шпионов из КГБ. Всё-таки помойка у меня голове от всего прочитанного и просмотренного в жизни.

— Ничего конкретного. Просто посмотрите его…

— Нить.

— Да. Посмотрите его нить и расскажите, что смогли увидеть. Считайте это нашим первым опытом совместной работы.

— Тест?

— Вроде того.

Что-то мне говорило, что отца Доминика не особенно интересует, что я там смогу увидеть про синьора Фрозо. Скорее всего за таким… специалистом следили не менее пристально, чем за мной самим. Куда больше его интересовал сам факт возможности подключения к офицеру враждебной фракции. А может и не к врагу даже. Может этот специалист по разным вопросам был у магистра на зарплате, а меня ещё и проверяли на предмет возможного искажения полученной информации. С другой стороны, падре не может не понимать, что я всё это прекрасно понимаю…

— Ну давайте попробуем, — отогнав в сторону роящиеся мысли, я серьёзно кивнул. Как та девочка-телепат. Уселся на кровать в позе лотоса, закрыл глаза и начал тихонько бормотать бессмысленные слова на неизвестном языке. Что-то вроде мантры, исполняемой мрачным голосом, которая для вхождение в информационное поле была мне совершенно не нужна. Просто не мог лишить себя удовольствия и немного потроллить моих «партнёров». Да и запутать, если получится — пусть думают, что мне без этого ритуала до видений не добраться. Чёрт его знает, где пригодится маленькая дезинформация?

Вход в поле произошёл буднично, пятый день по несколько раз туда ныряю — наработал определенную практику. Оказавшись над переплетёнными нитями ковра, я вызвал из памяти лицо искомого субъекта и, спустя какое-то время, заметил слегка пульсирующую коричневую нить слева. Подплыл к ней — с лёгкой руки Ирины Олеговны я продолжал использовать морскую символику в работе с полем — и попробовал войти внутрь. И был отброшен серебристым сиянием, возникшим по всей длине нити.

Было не больно, если это слово применимо к состоянию отсутствия тела и болтания над гигантским, теряющимся за пределами зрения ковром. Просто преграда, что-то вроде силового купола из фильмов про космические корабли. Невидимый, пока не попытаешься тронуть нить, но внезапно появляющийся, стоит протянуть руку. С таким я ещё не сталкивался. А потому, до получения объяснений от «заказчика», я решил не изображать из себя ракетный эсминец и проверять защиту на крепость. Вспомнил тепло руки Линь и вернулся в реальный мир.