— Да что на вас нашло, чёртов католик! — я как-то даже смирился с тем, что сейчас мне придется умереть от рук разгневанного священника. И решил напоследок высказать ему всё, что о нём думаю. — Возмутило, что пленник утаивает информацию и дерзит? А на что вы, интересно, рассчитывали? На сотрудничество и безоговорочное послушание? Знаете что? Не умеете играть в шахматы — идите играть в куклы! Тоже мне, спаситель магии в отдельно взятом мире!
И замер, гордо вскинув голову — партизан, блин, на расстреле! В голове стучала только одна мысль: «Похоже, Антошин, это твой последний блеф!»
Какое-то время в келье царила тишина, в которой отчётливо слышалось лишь моё напряженное дыхание и электрическое потрескивание силы — результат применённого аспекта отца Доминика. Я смотрел чуть в сторону, продолжая отыгрывать героя, одновременно молясь о том, что если уж мне суждено сегодня помереть, то пусть всё произойдет быстро и, по возможности, не слишком больно.
Мелькнула мысль напрыгнуть на старика и попробовать придушить его голыми руками, но я отогнал её. Между нами метра полтора-два, в полёте сожжёт. Лучше уж так уйти, на пафосе.
Затем я заметил, что с пальцев Доминика больше не срывается свет, а сам он уже не мечет разгневанно глазами молнии, а вполне удовлетворённо улыбается.
— А вы умеете держать удар, Игорь, — прежним, хорошо знакомым тоном доброго дедушки сообщил он мне. — Это полезное качество.
Никто никогда не узнает, скольких сил мне стоило сдержать облегчённый выдох. Сколько нервных клеток прямо сейчас взяли и откинули коньки! Су-у-ука! На понт меня взял! Развёл как пацана! Вот же ж!..
Это что же получается, это проверка моей стрессоустойчивости была? Ах ты ж… старый пенёк! Но как сыграл! Талантище — не отнять! Пронесло, выходит? И его не злит, что я от него информацию утаивал? Злит, скорее всего, но он готов спустить это на тормозах. Значит он согласен с моими условиями? Как давно он знал, интересно? А про Ткачей он тоже в курсе? Вряд ли, я бы уже горел тогда, как моя кровать. И что он намерен делать с инкой? Я-то ему нужен, а она — не факт.
Ничего из пронёсшегося в голове за краткий миг я озвучивать не стал. Буркнул лишь:
— Тогда добавьте к моим условиям новую кровать и новое жилище. Эти уже ни к чёрту не годятся.
— Пойдёмте пообедаем, Игорь. Обсудим будущее сотрудничество и ваши условия, — ухмыльнулся старикан. — Меня не всё устраивает, но, думаю, мы сможем договориться. К тому же сегодня за кухню отвечает брат Игнасий — у него всегда потрясающе получаются блюда из птицы.