К моему приходу помещение уже проветрили, а на месте нарезанной на брусочки кровати, стояла новая, ничем от прежней не отличающаяся. Я повалился на неё с таким усталым вздохом, словно разгружал всё это время уголь, а не сидел за столом и разговаривал. Но, как я уже говорил, беседы с магистром ордена Псов Господних были весьма утомительны.
Насколько я мог судить, прошло всё очень неплохо. Да, я раскрылся, как пришелец, но это принесло мне больше плюсов, чем минусов. Интерес Доминика к моему миру это подтвердил. Вот только переезд этот, будь он неладен! Совсем он мне не нужен. На новом месте мне придётся всё плетение с начала начинать. Хотя… Не так уж далеко я продвинулся, прямо скажем, чтобы ныть «все планы коту под хвост!» Может и не стоит спорить по поводу переезда? К тому же сам падре ещё не уверен в его необходимости.
Ладно, это не дела дня сегодняшнего. Пусть отец Доминик переспит с этой мыслью, утро, как говорится, вечера мудренее. А я пока погляжу, что там с моим плетением. Хотелось понять, насколько далеко меня отбросило вмешательство другого пророка.
В инфополе я не стал ни к кому подключаться — в этом не было нужды. Просто быстренько проглядел вероятности, убедился, что команда в Пекине в безопасности, но снова находится в тупике, и отправился искать пророка, который походя разрушил мою маленькую паутинку. Теперь, когда меня не отвлекали мысли о находящихся в опасности друзьях, я спокойно проследил белесые волоски от нити наркоторговца Го Чо к провидцу — кто бы сомневался, а я нет — кардинала Франко. Тот самый товарищ, который поставил защиту на нить Фрозо, и стал причиной моего знакомства с инкой.
Событий в жизни этого замечательного человека было великое множество — я ещё в прошлый свой визит в его нить в этом убедился. И в этой вот, непонятным для меня образом каталогизированной библиотеке из поступков, слов и решений, нужно было найти нужную мне информацию. Планы франкистов на Китай. Используя логику, я сделал ставку на то, что задание пророку следить за торговцем наркотиками — его, кстати, звали Жераром Леру и был он французом, давал сам кардинал. Но примерно через два часа безостановочного просмотра его жизни, был вынужден признать, что ошибся. Складывалось такое ощущение, что Жерар никогда не встречался со своим господином.
Вряд ли такое могло быть: пророк — инструмент не того уровня, чтобы с ним общаться через посредников, но именно так и было. Пару раз я натыкался в прошлом француза на лицо Франко, но это были общие посещения каких-то мероприятий, на которых они максимум парой слов обменивались. Никаких бесед, на которых бы озвучивались планы мирового господства, никаких поручений. Создавалось впечатления, что вся важная информация из памяти пророка вымарывалась. Если такое вообще возможно.