Поголовье животных также увеличилось, оставалась проблема, как доставить в Максель верблюдов. Животные были слишком большими, чтобы их можно было легко перевозить на кораблях. Даже стрела могла взять за один рейс не больше четырех верблюдов, а их поголовье достигло пятидесяти голов. Выход предложил Тиландер: его идея заключалась в строительстве баржи. Баржа могла пригодиться не только для перевозки животных, на ней можно было перевозить лес, полезные ископаемые и людей.
К строительству баржи, решили приступить ранней весной, сейчас все силы были брошены на окончание лесопилки и накрытие кровли построенных зданий.
Декабрь был относительно теплым, первый легкий снежок пошел под Новый Год. Новый год мы отмечали в пятый раз: Русы привыкли к этому празднику. С елкой проблем в Макселе не было, на холмах к западу от города росли ели, сосны и пихты. Из обрезков папируса, я мастерил безделушки, которые очень нравились моим дочерям. Анна и Алла уже вытянулись, наступал период, когда мои девочки станут девушками. По договоренности с американцами, сыновья последних мною рассматривались как женихи. Сына Тиландер назвал Хуаном, в честь своего прадеда, но Хуан быстро трансформировалось в Иван. Лайтфут своего сына назвал Джоном, но сочетание буква «д» и «ж» было трудным для произношения для речевого аппарата Русов. Джон превратился в Жона, а со временем, с моей подачи и сам Лайтфут стал называть сына Жаном. И сыновья американцев, и мои дочери знали, кто им уготован в спутники. Воля родителей не обсуждалась, дети с младшего возраста общались и часто вместе проводили время.
Сед оказалась очень полезной: Александров действительно дал ей много знаний, и именно она вела занятия в старших классах. Деление на начальную школу и среднюю было условным: Нел учила детей алфавиту, чтению и письму. Зик давал элементарные навыки арифметики. Тех, кто проявлял усердие, передавали Сед. Моя младшая жена давала знания чуть более углубленные, в основном это касалось физики и химии. Такая облегченная версия без формул, без знания законов, без сложных вычислений.
Ректором «университета» стал Александров. Получив полномочия ректора, ученый теребил каждого из нас, заставляя делать записи по имеющимся знаниям. Больше всех досталось мне: долгими днями я скрупулёзно описывал первую медицинскую помощь при травмах, отравлениях, инфекционных заболеваниях. Свои наблюдения по лекарственным травам, конспектировал Зик, чей почерк оказался несравненно красивее моего. Тиландеру пришлось несладко, язык Русов он знал отлично, но писал крайне плохо, с огромным количеством ошибок. Но Александров оказался непреклонным ректором: оснастку кораблей, названия парусов, схему строительства плавательных средств, он записывал лично, часами не отпуская американца.