Харри услышал чьи-то шаги по бетонной дорожке. Кто-то шел во мраке с другой стороны стадиона. Харри сильно затянулся, чтобы по огоньку сигареты можно было определить, где он находится.
Другой человек перепрыгнул через барьер и легкими шагами стал подниматься по бетонным ступеням трибуны.
– Харри Холе, – произнес мужчина, остановившись на две ступени ниже его.
– Микаэль Бельман, – кивнул Харри.
В темноте розоватые, лишенные пигмента полосы на лице Бельмана казались еще светлее.
– Две вещи, Харри. Это должно быть очень важным, потому что мы с женой планировали провести приятный вечер дома.
– А вторая?
– Затуши эту дрянь. Сигаретный дым вреден для здоровья.
– Спасибо за заботу.
– Я думаю о себе, а не о тебе. Будь так добр, потуши.
Харри ткнул концом сигареты в бетон и убрал ее обратно в пачку, пока Бельман усаживался рядом с ним.
– Оригинальное место для встречи, Холе.
– Единственное место, помимо «Шрёдера», где я бываю в свободное время.
– На мой вкус, слишком малолюдно. Я на какой-то миг даже задумался, не ты ли палач полицейских, заманивший меня сюда. Мы ведь все еще думаем, что он полицейский, да?
– Точно так, – сказал Харри и ощутил ужасное желание закурить. – Мы нашли пистолет.
– Уже? Быстро сработали, я даже не знал, что вы уже начали собирать…
– Не потребовалось. Первый же пистолет оказался тем, что мы искали.
– Что?
– Твой пистолет, Бельман. Из него был произведен пробный выстрел, и результат полностью совпал с пулей из дела Калснеса.
Бельман громко рассмеялся, и смех его эхом отозвался от трибун.
– Это такой розыгрыш, Харри?
– Вообще-то, ты должен мне это объяснить, Микаэль.
– Для тебя я господин начальник полиции или Бельман, Харри. Кстати, можешь опустить слово «господин». И я не должен ничего тебе объяснять. Что вообще происходит?
– Именно это ты и должен… прости, «тебе следует» звучит лучше? Тебе следует рассказать мне, господин начальник полиции. Или же мы должны – и я хочу сказать именно «должны» – доставить тебя для официального допроса. А этого всеми силами хотелось бы избежать как тебе, так и нам. Согласен?
– Переходи к делу, Харри. Как это могло произойти?
– Я вижу два возможных объяснения, – ответил Харри. – Первое и наиболее очевидное: ты застрелил Рене Калснеса, господин начальник полиции.
– Я… я…
Челюсти Микаэля Бельмана задвигались, а пигментные пятна запульсировали светом у него на лбу, как у диковинного глубоководного зверя.
– У тебя есть алиби, – закончил за него Харри.
– Да?
– Когда у нас появился результат, я поручил это дело Катрине Братт. В ту ночь, когда застрелили Рене Калснеса, ты был в Париже.