Бельман отвел лопатки назад в надежде, что рубашка отлипнет от спины. Чертов пот. Чертова сука.
Было восемь часов вечера, и, запираясь в Полицейской академии, Харри чувствовал себя усталым. Совершенно очевидно, что он давно не посвящал столько времени концентрированному мышлению. Они не так далеко продвинулись. Почитали много раз перечитанные отчеты, обдумали идеи, обдуманные дюжину раз до этого, ходили кругами, бились головой о стену в надежде, что рано или поздно стена поддастся.
Бывший сотрудник полиции кивнул уборщице и взбежал вверх по лестнице.
Усталый, но с удивительно ясной головой. Оживленный. Готовый к большему.
Проходя мимо кабинета Арнольда, он услышал, что его зовут по имени, и засунул к нему голову. Коллега сложил руки за лохматой головой.
– Просто хотел узнать, каково это – снова быть нормальным полицейским?
– Хорошо, – сказал Харри. – Только проверю оставшиеся работы по тактике следствия.
– Не беспокойся об этом, они у меня здесь, – сказал Арнольд и постучал пальцем по кипе бумаг на столе. – Просто позаботься о том, чтобы этого парня схватили.
– Хорошо, Арнольд. Спасибо.
– Кстати, тут был взлом.
– Взлом?
– В спортивном зале. Шкафчик с оборудованием был взломан, но взяли только две дубинки.
– О черт. Входная дверь?
– Никаких следов взлома. Все указывает на то, что это мог сделать один из работающих здесь. Или один из работающих здесь впустил туда преступников либо одолжил им свой электронный ключ.
– А сейчас это как-то можно выяснить?
Арнольд пожал плечами:
– Здесь, в академии, не так много ценных предметов, которые можно украсть. Поэтому мы не тратим свой бюджет на хитрую регистрацию входящих, камеры наблюдения и круглосуточную охрану.
– Может, у нас и нет стрелкового оружия, наркотиков и сейфов с наличными, но у нас ведь есть более ходовой товар, чем дубинки?
Арнольд криво усмехнулся:
– Проверь, на месте ли твой компьютер.
Харри прошел в свой кабинет, удостоверился, что он с виду нетронутый, и сел. Он задумался, чем бы ему заняться, ведь он собирался посвятить вечер проверке студенческих работ, а дома его ждали только тени. В ответ его мобильник начал вибрировать.
– Катрина?
– Привет. Я кое-что нашла, – возбужденно выпалила она. – Помнишь, я рассказывала, что мы с Беатой разговаривали с Ирьей, женщиной, которая сдавала цокольный этаж своего дома Валентину?
– С той, что предоставила ему фальшивое алиби?
– Да.
– Она сказала, что нашла несколько сделанных им фотографий. Фотографий изнасилований и избиений. И на одной из фотографий она узнала его ботинки и обои в спальне цокольного этажа.