Зона развернулась привычно. Передо мной был уже не камень, а кейс: тот же корпус, те же панели, та же крышка на невидимых петлях. После того как права расширились, система показывала его именно так. Снаружи камень, внутри зоны — прибор.
Теперь я мог рассмотреть внимательнее корпус и три отверстия в торце. Раньше, когда система показывала мне просто камень, они выглядели одинаково: три похожих углубления, в одно щуп тестера вошёл, в два других не подошёл по форме. Сейчас я рассмотрел их нормально.
Первое: круглое, глубокое, под штырь. Сюда и заходит щуп.
Второе было прямоугольным, плоским, с рядом мелких контактов внутри. Я такой разъём знал: в прошлой жизни он стоял на каждом мониторе. HDMI, или настолько близкое к нему, что разницы нет.
Третье чуть меньше, тоже прямоугольное, с пластиковым фиксатором сбоку. Сетевой вход.
Я нашёл точку подключения и начал отдавать ману медленно, ровно. Тестер здесь был не источником, я это уже понимал: энергия шла от меня, тестер просто держал контакт, как провод держит ток. Убери провод — ток не пойдёт, но провод его не производит.
Пока шла зарядка, я думал про большой модуль в лесу. В зоне там тоже были панели и поверхности под очистку, но сами они в зоне чище не стали: я работал руками, результат увидел только в системном отчёте. А дедов камень стал на улице явно более глянцевым и тёмным местами.
Если предположить, что в этом камне элементы, которые принимают свет, вынесены на поверхность снаружи — поэтому дед и выставлял его на солнце. Поэтому чистка внутри зоны проявилась снаружи: там, где поверхность стала чище, камень стал светлее. Но внутри кейса есть ещё линзы, которые пока так и не стали прозрачными, а лишь слегка менее мутными и пыльными.
При этом тут я работал с ветошью, а не просто подул на пыль, то есть светлее становится только от определённого процента очистки. Что будет, если я найду щелочь и нормальные щётки для лесного артефакта?
Логика сходилась. Не полностью, но контур был.
Я остановился, когда почувствовал спад, мягко, не доходя до края.
«Заряд устройства: 1,8%».
Раньше с такого же усилия выходило около одного целого. Полпроцента разницы. Немного, но это первая ночь после чистки, и поверхность очищена только частично. Дальше должно быть лучше.
Я положил камень обратно под лавку, туда, где дед привык его находить, и лёг.
За окном было тихо. Дед дышал ровно. Я закрыл глаза и думал последнее перед сном: сначала чистка, потом зарядка. Последовательность понятна.
Теперь нужен инструмент.
Глава 18 Зона высокого риска
Дед уже суетился у очага, когда я с трудом открыл опухшие спросонья глаза, и по запаху из горшка я догадался, что будет в миске, ещё не приподнявшись с соломы. Грибы и пшено, разваренные настолько, что эта масса держалась на ложке комом. Мое истощенное тело требовало хоть какого-то топлива, я не задумывался о вкусе, еда была не радостью и удовольствием, а средством выживания в этом нелёгком для меня мире. Дед посмотрел меня с ухмылкой, подвинул миску по краю стола и сел напротив. Посмотрел на меня еще какое-то время и начал неспешно есть.