У нижних столбов нужно обжечь концы в огне и создаем слой углерода, который не гниёт и не пропускает влагу. Это довольно старый приём, который неплохо работает. Битый камень для дренажа нужно насыпать, чтобы вода не стояла у основания.
На стенах сделаем глиняную обмазку изнутри. Глина не гниёт, и едкость помёта переносит без разрушения.
На каркасе делаем вертикальные несущие столбы толще, чем те, что принёс Дарин. Горизонтальные прогоны из его жердей — они для этого подходят.
Я изложил всё это Горану, когда тот наконец подошёл ближе. Он слушал, не перебивая, потом посмотрел на кучу жердей.
— Из этого сделаете стены? — спросил он, кивнув на кучу.
— Для поперечин и плетня — да. Для несущих столбов нужны потолще. И глина нужна, много.
Горан помолчал секунду, а потом сказал
— Глина есть. За деревней, в сторону горы, минут пятнадцать ходьбы — там карьер заброшенный, раньше брали для артефакта.
— Завтра привезём, — ответил я. — Сегодня начнём с того, что у нас здесь есть.
— Хорошо, — сказал Горан и чуть-чуть прищурился. — Ты про тот карьер не помнишь, что ли? Вы с мальчишками там раньше купались, когда воды набиралось.
Я понял, что сказал что-то не совсем правильное. Местный мальчишка, выросший здесь, знал бы про карьер, не нужно было уточнять, где это.
— Голова, — сказал я, и услышал, как слово вышло слишком быстро. — После пещеры.
Горан кивнул и отошёл. Я видел, как он уходит, и думал, что у этого человека слишком хорошая память на несоответствия. В сарае нашлись дубовые жерди от старой изгороди — потемневшие, плотные, сухие. Я взял одну, поскрёб ногтем, но дерево не поддалось. Таких было шесть штук, хватало на несущие столбы с запасом. Обжигали их на костре, который сложил Дарин. Я держал нижний конец каждой жерди над огнём, пока дерево не темнело, потом откладывал остывать. Ямы под столбы копали глубже, чем были старые. Дарин рубил лопатой, я выгребал. Когда лопата переставала разворачиваться на нужной глубине, я становился на колени рядом с ямой и выбирал землю со дна пригоршнями. На дно каждой мы набросали мелких камней из кучи, которую Горан принёс от дальнего забора для дренажа.
Я попробовал потянуться к системе — не уходить в зону осмотра, просто дать ей активироваться пассивно, посмотреть, есть ли что-то поблизости. Слабый отклик, едва заметный — даже не газетный лист, а как папиросная бумажка, сквозь которую почти видно солнечным днем. Что-то было в стороне деревни, нечёткое прям совсем, без маркера. На нынешнем уровне развёртки система явно не могла это классифицировать.