— Да-а, Осип Иванович строгий дядька, — протянул я, почесав затылок. — Фото есть?

— Осип Ивановича? — притворно удивляется девушка. — А ты его что, не видел?

— Алиса! — произношу я с укором.

— А-а, ты про тётю! — наконец перестала придуриваться девушка и, покопавшись в сумочке, извлекла маленькое фото.

На карточке — миловидная девушка в очёчках и с чудовищным начёсом по последней моде. М-да… начёс, конечно, оружие массового поражения, но сразить им англичанина?.. Сомневаюсь.

— Погоди, — прищуриваюсь я, всматриваясь в фото.

Что-то меня в нём настораживает. Девушка снята по пояс, и хотя третий размер груди — вещь, в общем-то, уважаемая, но часто сопровождается бонусом в виде лишних килограммов.

— Она что, толстая? Почему фото не в полный рост?

— Ну… немного полновата, — призналась Алиса.

— Ага, ясно. И причёска у неё, извини, не стильная, очки — как у завуча по химии, и вообще… что это за блузка? Рюшки? Серьёзно? Сейчас какой век на дворе?

— Ну, что есть, то есть, — вздохнула Алиса. — Такая она у меня… немного старомодная.

— Впрочем, можно попробовать слегка модернизировать девушку. У меня, вон, и знаток моды под рукой есть, — киваю на Светку, которая от моего взгляда хмурится.

Но меня этим не прошибить. В свое время так с Аюкасовой сблизился, что теперь фиг знает как отдалиться. Обидится, да и хорошо! Левой ногой перекрещусь!

— Ладно, это лирика. Предположим, я возьмусь за дело, тем более планирую жить, учиться и работать в Москве. Но тебе-то это зачем?

— Эээ… — замялась собеседница. — Проспорила желание.

— Алиса, не врать! — строжусь я.

— Хорошо. Дело в том, что квартира, где мы живём — бабушкина. Та хочет оставить её тете Ире… А может и мне.

— А что, бабка у нас коммунистка и за связь с капиталистом лишит дочку наследства? — предположил я.

— Нет, что ты! — всплеснула руками Алиса. — Она за Ельцина! Просто я подумала… если у Ирки появится богатый любовник, он ей и квартиру купит. Ну или она к нему переедет, а я хоть немного поживу одна… В однушке-то тесновато двоим, и кухня у нас крошечная — не развернёшься, вот и толкаемся там попами постоянно…

— Нормальная у тебя попа, — бросаю я невозмутимо. — Костя, вон, не отказался бы потолкаться.

Алиса смотрит на меня с возмущением.

— Ну ты и наглец!

— Зато честный, — развожу руками. — Ладно, с этим ясно. Намудрила ты, конечно, будь здоров, но суть я уловил. Теперь самый главный вопрос — мне это нахрена?

Про себя уже прикинул: если скажет, мол, «не буду динамить Цзю» — назло откажу. Ещё и Иру, эту толстожопую бухгалтершу, попрошу освободить помещение, чтоб не позорила кооператив своим доисторическим начёсом. В конце концов, у банка должны быть хоть какие-то стандарты внешнего вида.