Насчет предательства царя тоже все понятно, как и готовности предательства Отечества. Пестель тесно общался в польскими заговорщиками и был среди тех, кто был согласен возродить Речь Посполитую как благодарность за поддержку. И мало того эти господа еще предполагали вообще расчленение России на несколько частей. А уж общение с графом Белинским, а слова об общении с прожженным польским негодяем и клятвопреступником я расценил именно так, для меня лично вообще что-то за гранью чести русского дворянина.

Константину Петровичу его рассказ видимо давался не просто и он взял небольшую паузу, попросив вина. Фирменное арзиновское яблочное придало ему силы для продолжения рассказа.

— Разговор, случайно услышанный мною, состоялся за несколько дней до выступления. Я уже не помню точно хронологию тех дней, но именно из-за услышанного меня не было на Сенатской площади. Князя Андрея там тоже не было, ни среди мятежников, ни среди сразу же присягнувших новому Государю. О гибели вашего родителя, ваша светлость, я узнал уже после ареста. Уже не помню от кого, но слышал, что князь погиб от руки какого-то поляка и это были какие-то очень старые счеты. Это было как-то мимолетно, да и согласитесь обстановка не способствовала сохранению хорошей памяти, хотя я много раз пытался вспомнить от кого.

Слова о плохой памяти Торсон произнес с такими извиняющими интонациями, что я даже немного опешил, неужели он действительно полагает, что я за это ему предъявлю какие-то претензии.

Видимо это у меня было написано на лице, поэтому после короткого взгляда на мою личность, Константин Петрович закончил достаточно бодрым голосом.

— Мы никогда не были отрезаны от информации о происходящих событиях в России и Европе. Конечно эти известия приходили с некоторой задержкой. Но о ваших дуэлях полагаю знали все. Московская дуэль была известна очень подробнейше, как и дуэль с графом Американцем. И вы знаете ваши противники сочувствия наверное ни у кого не вызвали. А, — Торсон ухмыльнулся, — грешно так говорить об усопшем, но о генерале, не помню фамилию, общее мнение было, что поделом старому негодяю и развратнику. Известно было и о какой-то вашей таинственной дуэли в Европе. А когда стало известно о вашем приезде в Сибирь и решениях Государя, то общее решение было принять ваши предложения и никогда без веской причины не заводить разговоров с вами о тех событиях.

При словах о веской причине, Константин Петрович посмотрел на крестного и мне стало понятно, что он есть одна из этих веских причин.

Мое предположение почти тут же и подтвердилось. Торсон закончив рассказ откланялся и отошел в остальным, которые внимательно слушали Василия. Он что-то говорил и показывал на карте, разостланной на одном из столов. Услышанное тут же бурно обсуждалось и было плохо понятно что говорил мой друг детства.