Четыре года назад шестнадцатилетняя дочь Афанасия вышла замуж, а через месяц он овдовел.
После этого, посоветовавшись со своими учеными коллегами, наш сибиряк решил вернуться в Россию и организовать научную экспедицию в окрестности Иркутска.
Идея ученого сибиряка-француза получила поддержку в Москве и Петербурге, ему помогли найти русских помощников имеющих опыт полевых работ в России и организовать саму экспедиции в Иркутск.
Главным и определяющим в этом первоначальном успехе был финансовый вопрос. Абсолютно всё Афанасий Александрович делал на свои деньги привезенные из Франции.
Они закономерно достаточно быстро закончились, а обещанных русских рублей не поступило.
Случилось это уже по приезду в Иркутск, где оказавшийся на финансовой мели ученый быстро завоевал репутацию чудака и прожектера.
Если бы не старший брат Сергей, то потерпевшая крах экспедиция имела все шансы умереть с голоду. Он взял к себе на работу и брата и его бедствующих помощников.
Купеческие дела Сергея Серебрякова резко пошли в гору с появлением в Иркутске Яна и моих друзей детства. А потом будущая жена Яна рассказала мужу о злоключениях младшего Серебрякова, а тот соответственно мне.
Поговорив с ним, я распорядился организовать начало раскопок на левом берегу Ангары, выделив для этого для начала огромную сумму, по нынешним временам естественно, — десять тысяч рублей.
Начало полевых работ намечено на первое мая и в этот же день из Иркутска отправятся две 'золотых’экспедиции.
Одна под руководством господ Брусницына и Конкина отправится в Енисейский округ для поиска золотых рек низовья Ангары. Другая в верховья Бирюсы, где в прошлом году поисковая партия снаряженная Яном, нашла богатые россыпи.
Там будет заложен Бирюсинский прииск и уже летом он должен дать своё первое золото.
На экспедицию Льва Ивановича я возлагаю большие надежды.
Где примерно искать я знаю, это река Удерей и её окрестности. И как искать тоже известно.
Удерей это правый приток нижнего течения Ангару или как его сейчас называют Верхней Тунгуски.
Экспедиция большая и основательная, в её составе в частности сотня иркутских казаков. По Ангаре она дойдет до большого села Богучанского. В селе двадцать дворов, есть каменная церковь и это центр самостоятельного присуда.
Что такое присуд я понял не сразу. В Европейской России их нет с конца 17 –го века, а в далекой и глухой Сибири еще существуют. Это отдельный судебный и податный округ. Всей полнотой власти там обладают трое выборных людей — целовальников, которые, присягая, целуют крест.
Село богатое и самодостаточное — полностью обеспечивает себя и окрестных охотников и рыболовов хлебом, а в Красноярск, Канск и Иркутск вывозит несколько сотен пудов ценных сортов рыбы.