— Скачешь, как баба! — через пару часов прохрипел вымотавшийся Просперо, признавая моё безоговорочное доминирование в спарринге. И тут же, довольно ухмыльнувшись, выдал, выбираясь за пределы тренировочной площадки: — Чтоб раз в три дня сюда приходил! Такой опыт мне не помешает.

Видимо, здесь наш мастер-ломастер именно тренируется, а не сгоняет жиры и утилизирует нерастраченный на оборудовании Обсерватора разрушительный потенциал. А вот его странный стиль работы ножом…. Такое впечатление, что ему не хватает то ли ножа во вторую руку, то ли… чёрт его знает, может, нормальный ножевой бой утрачен за тысячелетия. Сам-то Просперо ножиком пытался именно фехтовать, больше полагаясь на колющие удары. Что опасно, конечно, но с ножом использовать только их — нерационально. А уж его попытки парировать мои удары своим ножом… м-да. Как-то оно всё не очень впечатляет.

Сполоснувшись после череды спаррингов с гномом, чтобы не благоухать на весь Обсерватор потом, я направился в медотсек: судя по ругательным оговоркам Просперо, разговорам с Бромбатти, да и вообще — логике, на носу у нас был пресловутый Эрикс. На днях, в общем, там будем, а я, пока, об этой вотчине аэров ничего толком и не знаю. Так что, провентилировать некоторые моменты, как и самообразоваться, мне не помешает. А то донна Дельфина изволила меня просветить про аристо и Адмиралтейство, да и насчёт некоей социологии-экономики аэрополиса, а целая куча бытовых и прикладных моментов остались за кадром. И почему-то у меня есть сомнения, что меня будут по этому Эриксу водить за ручку, оберегая от возможных неприятностей, в которые я с полпинка могу вляпаться: те же слова Дельфины про отрубленную руку ни черта не были шуткой или преувеличением, лишь несомненным фактом. И вот поспорить готов — таких тонкостей в обществе аэров масса.

Хотя… нет, я, конечно, догадываюсь, что смотреть на всех, как Фачилле и орать, как Просперо — не лучшая манера поведения, но неизвестные мне детали должного образа действий от этого не становятся менее важны и интересны, так что в медотсек я постучал тотчас же, как завершил гигиенические процедуры после посрамления Просперо. Даже на обед не пошёл. Любопытство, оно такое, да…

— Антидеройсо лежит на столе слева, четыре таблетки в день, бери сразу блистер, — не отрываясь от микроскопа, сообщила Дельфина, всё так же занятая какой-то фигнёй. — А, привет, Тони, — продолжила она, явно определив, кто к ней вломился, некими устройствами своего «мультитула» — от объективов она не отрывалась.

— Если почтенная донна изволит предложить мне средство для нормализации пищеварения, — куртуазно ответствовал я, — то вынужден с благодарностью отказаться от сего щедрого дара. Я в нём не нуждаюсь. Рад вас приветствовать, Дельфина.