Туалетный утенок старается и я, наконец, отпускаю его болванку. Чувак так спешит отвалить, что пятится задом и наталкивается задом на ребро дверцы. Блин, Молька, что ты в нем нашла: он даже матерится без огонька.
— Исчезни, ершик, а то передумаю. И учти — в зале моя сестра. Подойдешь к Вере — и я об этом узнаю.
Не уверен, что он слышит мое последнее предупреждение — слишком спешит выйти из клетки с тигром. Надо было хоть нос ему разбить что ли.
Во мне произошел, как любит говорить один приятель-программист, системный сбой.
Потому что когда Червинский тащит Егора для мужского разговора, мои симпатии полностью на стороне моего плохиша.
Что? Я правда только что назвала его «мой»?
— Брррррр… — мотаю головой я, и для верности щипаю себя за щеки.
— Может, присядем, пока мальчики устроили подпольные бои без правил? — предлагает Марина, и за руку тянет меня к столу.
Мы садимся друг напротив друга и одновременно смотрим на кольцо.
Оно великолепно.
Лучше я даже во сне бы не увидела.
— Марик говорил, что ты очень милая, — улыбается Марина, и она больше не кажется мне ни бестолковой прилипалой, ни дурочкой.
Все-таки, меня заедала ревность. Теперь это бессмысленно отрицать.
Видимо, моему либидо слишком приглянулась задница Марика, потому что влюбиться в него я совершенно точно не могла.
— А что еще говорил Марик? — спрашиваю я, как бы между прочим укладывая ладонь пальцами в сторону кольца.
— Примерь, — наклоняется вперед Марина. Просто Мефистофель в юбке, знает, чем искушать. — Все равно оно твое.
Я почти чувствую, как у меня загораются глаза, а внутри все звенит от желания поскорее окольцевать себя этим шедевром. Так что протягиваю руку и…
— Ну-ка убери копытца от того, что не твое, — грохочет у меня над головой Червинский и я непроизвольно втягиваю голову в плечи.
Правда, всего на секунду, потому что мой ослепленный блеском бриллиантов мозг снова начинает работать в штатном режиме, и с запозданием, но все же обрабатывает информацию.
— Ко… ко… копытца?! — завожусь я.
— Ты моя курочка, — лыбится Червинский, а потом берет мою ладонь, кольцо со стола и… кладет его в карман джинсов. — С копытцами.
— Да иди ты к черту со своим кольцом! — ору я, и несусь к выходу.
Он что, думает, что я вот так сразу и растаю ради какой-то безделушки, как его безмозглые подружки? Да ни один зад… Тьфу! Ни один Червинский этого не стоит!
Я выношусь на улицу на всех парах, иду в сторону метро… и только через пару минут, когда на улице как-то резко холодает, начинаю понимать, что оставила пальто и перчатки, и даже сумку в кафе за столом в кафе.