— Проверить слухи. Думала, меня разыграли. Мне и в страшном сне не могло приснится, что ты приютишь в своем доме… — Рита сначала смотрит на меня, потом нехотя кивает в сторону вышедшей из спальни Кукушки. — Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь?
— Как обычно, — спокойно, не поддаваясь на провокации, отвечает Марик. — Давай ты сейчас просто уйдешь? Я не звал в гости, не приготовил пироги и блины.
— Даже странно, с таким-то гаремом, — фыркает Пустые мешочки.
Но все-таки идет к двери, нарочно задевая меня плечом, словно тот самый вездеход, который никак не может удержаться, чтобы не наехать на мотороллер.
Ну ладно, сама же захотела.
— Погоди, я тут…
Хорошо, что сумка у меня на плече и можно быстро достать кошелек. У меня там всегда есть наличка, и пара крупных купюр, которые я без жалости засовываю Рите в карман. С улыбкой, как будто совершила доброе дело.
— Тут неподалеку есть отличный кафетерий. — Мой тон — само радушие и желание искренне помочь. — Купи себе хороший кофе и большой сладкий торт — у тебя явно недостаток глюкозы в крови, оттуда и повышенный уровень сучности.
А чтобы нахалка не устроила истерику, грубо захлопываю дверь у нее перед носом, и довольно отряхиваю ладони как после хорошо сделанной работы.
— Червинский, ты должен мне ужен в хорошем ресторане — кажется, злобствование передается воздушно-капельным путем.
— Она пришла забрать моего ребенка? — громко, словно сигнализация, кричит Кукушка, прижимая бедного ребенка чуть ли не с нарушением всех пунктов конвенции о правах человека.
И яростно сопротивляется, стоит попытаться забрать так же громко орущую Лизу.
Отступаю только ради ребенка, уговаривая себя не нервничать и не забывать, что проклятых мусорных мешков у нас действительно мало.
— Кто-то с утра просто сверкает — смотреть больно, — огрызаюсь я.
Кукушка уже и так меня боится — моргает, как ужаленная в зад буренка. А жажду «поиздеваться просто так» я уже утолила.
— Я просто выспалась, — вздергивает подбородок итальянка.
— Какая неожиданность, — всплескиваю руками. — Это же нормально — хорошо и долго спать, пока твой ребенок превращается в помидор. А еще…
Про еще я не успеваю, потому что телефон Марика начинает настойчиво вибрировать у него в кармане. И после короткого разговора Червинский выдает:
— Хорошие новости — Наташа нашлась.
Итальянка бледнеет даже сквозь явно не один слой штукатурки. Так и хочется подойти, и сковырнуть. Но не суть. Важно, что новость о подруге, которая, наконец, нашлась и может все рассказать и за все ответить, не превращает разъярённую мамашу в жаждущего крови хищника. Скорее, в Цокотуху, которая вдруг осознала, что ее подружки пали в неравном бою с мухобойкой.