Мать не хотела, чтобы ее спасали. Тогда я был мал, чтобы полностью понимать ее поведение. У нее была страсть к самоуничтожению. Семья и ребенок остановили потребность вредить себе, но нас не хватило надолго, все свелось к тому, что мы сейчас имеем.

Это больно. Намного больнее, чтобы можно было себе представить. Иногда у меня было ощущение, что я и сам хочу все закончить, но потом я встретил свою бывшую жену и вновь влюбился в эту жизнь. Что же я испытываю сейчас? Быть может, это покажется банально и слащаво, но рядом с Мишель я чувствую не просто желание жить, но и наслаждаюсь этой жизнью. Как же хорошо мне будет, когда мы сойдемся? Когда будем вот так лежать в нашей постели и общаться обо всем на свете. Не могу этого дождаться. На трезвую голову мне тяжело позволять себе эти мысли, но пока я пьян все они ощущаются так правильно.

Мишель касается моей руки, сплетает наши пальцы и, оторвав взгляд от потолка, смотрю на нее. Вижу лишь очертания ее лица и плеч, мне этого достаточно. Глаза слегка слипаются и прикрыв их, позволяю себе полностью расслабиться. Возбуждение сходит на нет, остается только легкость и какая-то свобода. Сам того не замечая, медленно засыпаю, наслаждаясь поглаживаниями ее пальцев, нежностью ее кожи.

— Сладких снов, Оуэн.

Это последнее, что я слышу, прежде чем окончательно проваливаюсь в небытие.

Утром у нас происходит самое отвратительное пробуждение. Моя рука лежит на талии Мишель, притягивая ее к себе, нос уткнулся в ее волосы, но ужасно вовсе не это, нет, проблема в другом.

В Далии, которая залетает в нашу спальню и запрыгивает на нашу кровать, скача по ней и иногда попадая ногами мне по ребрам.

— Подъем! Подъем! — кричит неугомонная девчонка.

— Идиотина, нельзя вламываться в чужую спальню! — рычит на нее Киллиан.

Я не открываю глаз, лишь сильнее прижимаю к себе спину Мишель, но чувствую, как как пацан залезает следом за Далией и дергает ее за руку, призывая спуститься и уйти.

Миша стонет и переворачивается в моих руках на другой бок, ее лицо оказывается зарытым в мою грудь.

Киллиану удается стащить Далию и, продолжая ругать, он выводит ее из комнаты, тихо закрыв за ними дверь. Когда проснусь, обязательно поблагодарю его.

Просыпаемся мы через некоторое время после случившегося под звук ливня, стучащего по нашему окну. Открыв глаза, сажусь на постели и сонно смотрю на Мишель, лежа на спине, она закинула руку за голову и устало смотрит в потолок.

— Я люблю детей, но готова прибить Далию прямо здесь и сейчас, — хриплым голосом говорит она.

— Не переживай об этом, Киллиан сто процентов пожалуется Роуз, и она вставит ей по самое не хочу. Хочешь кофе в постель?