Я прихожу в себя через какое-то время. Здравый смысл врезается в голову, и я понимаю, что именно мы только что сделали. Гроза за окном уже прошла, а я даже не заметила этого.
Настольная лампа, стоящая на прикроватной тумбочке, вдруг включается, озаряя комнату мягким темно-желтым светом. Мои глаза пересекаются с глазами Оуэна. Он потрепанный, взгляд блестит возбуждением. Приподняв голову, смотрю на его тело. Он твердый и явно неудовлетворенный. Должна ли я сделать что-то в ответ? Не могу думать, не могу двигаться, не могу собрать себя в единое целое. Дьявольщина!
Посмотрев снова на лицо Оуэна, вижу его улыбку, ленивую, наглую. Он явно доволен собой. Что ж, ему действительно есть, чем гордиться.
— Привет, — говорит он, вытерев тыльной стороной ладони рот и, посмотрев на нее, облизывает кончиком языка, будто всеми силами стараясь не забыть мой вкус. Я задерживаю дыхание от этого действия.
— Привет, — хрипло отвечаю и, не в силах больше держаться, откидываюсь на подушку, мысленно выругиваясь.
Черт возьми, ну как так вышло-то, а?
Глава восемнадцатая. Оуэн
Я попал.
Хочу запереть ее в квартире и никогда, никому не отдавать. Большая ошибка. Кажется, что за те два года Мишель стала еще слаще. Хочу снова нырнуть в нее, оказаться между ее ног, пробуя на вкус всю мою оставшуюся жизнь. А ее стоны… нет большей услады для моих ушей. Как самая красивая мелодия, ласкающая и такая желанная.
Сидя на пятках, никак не могу оторвать от нее взгляда. Миша тяжело дышит, вся раскраснелась и выглядит крайне удовлетворенной. Может, ей совсем немного неловко. Думаю, для нас обоих стало полной неожиданностью то, что произошло. Хочет ли она повторения или большего? Я вот точно хочу.
Внизу живота у меня настоящий ад. Член налился и болит от желания, чтобы оказаться в ней или чтобы, хотя бы, к нему прикоснулись. Но я молчу. Не смею просить у нее ничего в ответ. Только если она сама захочет и не из желания отплатить тем же. Я сделал с ней все это, потому что хотел, а не чтобы получить что-то взамен.
То, как она терлась об меня, никак не выходит из моей головы. Это было лучше, чем сам секс, лучше, чем даже то, что я делал с ней сейчас. Ее инициатива, ее желание получить больше от этого трения… Она даже не представляет, что я у нее на крючке. Это не просто желание быть ее. Мишель обладают мною всем без остатка, не подозревая об этом. Вот уже два года я полностью в ее власти, а сейчас, когда она еще и так близко ко мне, не осталось никакого собственного «я». Я будто весь состою из этой девчонки. Слишком опасная власть в ее руках, но будь я проклят, если не хочу, чтобы она догадалась об этом и воспользовалась ею.