«Горячий у Рокона младшенький-то, — подумал Хмутр, вспоминая встречу с горским наследником. Старший не таков! У Олтера удивительно взрослые глаза. Неплохо он держался в доме тысячника и торгуясь за право продажи каталок Госпиталю… — Хмутр внезапно понял, что Паготовы празднества уже миновали. Значит, прошли и состязания в младшей школе! — Смейся, Пагот: раз мой Милиар вколотил наследника Дорчариан в песок Арены, то и я задавлю рекса! Сын за отцом, отец за сына!»
Мерех швырнул вниз еще один камень, но вновь не добросил. Ему так хотелось хоть чем-то помочь своим!
— Лучников кликнуть, дан? — спросили сзади. — Ишь, куражатся, клиббово отродье!
— Стрел не тратить, — отрезал Рокон. Не отрывая глаз, он смотрел на всадника в блестящих доспехах.
— Пращников бы сюда хороших, — вздохнул Колид. — Чего-чего, а камней хватает… Бери сколько угодно…
— Хороших пращников! — развеселились горцы.
— Тебе, Колид, сразу с Полуденных островов подавай!
— Лучших!
— Гляжу, спешились разведчики, по склонам крутятся. Наших не найдут? — прервал веселье Рокон.
— Не, — махнул рукой Колид. — Толково укрылись: без крючьев не взобраться.
— Значит, устроим имперцам веселую ночку в горах! — скупо улыбнулся правитель.
— А то! — грозный Колид вдруг подмигнул Мереху и толкнул в плечо.
«Эх, — вздохнул про себя юный архогец. Уж его-то на ночную вылазку точно не возьмут. — А как бы мне хоть одного имперца прирезать?»
Глава 7
Рассеянный свет лампадки озарил каморку Сплетника и дочь Наместника с интересом огляделась.
«Держится молодцом — не зря мальчишкой притворяется», — помня истошный девичий визг в кошачьем логове, наследник взял с Наулы обещание молчать. Молчать во чтобы то ни стало. Девчонка справлялась: ни ночное путешествие по запутанным ходам подземелья, ни внезапно открывшаяся стена тоннеля, ни коридор, заполненный храпом, шепотом и сладострастными стонами не заставили её издать ни звука. Упрямая, своенравная… Осмотрев комнатушку, Наула уставилась на висящие хламиды с приметными капюшонами. Протянула руку и вытерла мокрый нос полой темного одеяния.
Укоризненно покачав головой, Оли подошел к смотровой щели. Наула блестящими в полумраке глазами наблюдала за действиями юного горца. Олтер взялся за бронзовый держатель и мягко отодвинул в сторону. Из щели хлынул свет, а комнату заполнил громкий напористый голос Сивена Гриса. Наула вздрогнула всем телом, вскинула руки, зажимая рот ладонями, и бросилась к отверстию.
«Обещал маму показать, — гордясь собой, подумал Олтер. — Вот она: гляди, сколько хочешь», — Оли подошел к Науле и встал за её спиной, заглядывая в щель.