Что-то тревожило наследника, царапало из темноты. Он глянул вокруг своим особым взглядом, но увидел лишь размытые оранжевые пятна двух караульных. Где-то за строениями перемещались другие постовые, но это было далеко…

— Попаду. Не сурков стрелять буду: людей, йок, — проворчал под нос степняк.

Старик вскинул небольшой фигурный лук. Бум-бум — басовито тренькнула тетива и дозорные кулем свалились там, где стояли. Пора! Барат рванулся вперед, сжимая в руках клинок. Нетерпеливая девчонка сунулась за ним, но наследник отбросил ее в сторону.

— Всё, — прошипел он. — А теперь брысь отсюда.

Барат полоснул по путам и Тумма сполз со столба. Горец поймал гиганта, подставив плечи, и крякнул. Даже исхудав, Тумма весил немало.

— Ага! Попались! — расколол ночь торжествующий мальчишеский крик.

— Стража! Стража! — завопил второй писклявый голос.

Из кустов напротив выбежали две фигурки, сжимая в руках лампы, до поры до времени скрытые плащами. Не переставая вопить как резаные, Гвинд и Дирг бесстрашно бросились на похитителей. Барат с тяжелой ношей на плечах с надеждой глянул на степняка.

Йок, — негромко сказал Юсси, достав из колчана боевую стрелу.

— Оставь, оставь… — прошипел Олтер и кинулся навстречу несносным дуболомам. Подскочил к старшему и со всему маху залепил в ухо, свалив наземь. Кайхур, глухо рыкнув, вцепился в руку второго крикуна. Оли подбежал и треснул сзади вопящего от страха Дирга, который судорожно пытался стряхнуть щенка. Рыжий мальчишка наконец-то заткнулся и рухнул.

Со всех сторон неслись встревоженные крики, слышался топот, звучали отрывистые команды десятников, стучали распахиваемые двери оружейной, звенело железо. Наследник бросился со двора прочь и вскоре догнал Барата. Тот упрямо пер вперед, слегка пошатываясь под тяжестью ноши. Старик семенил рядом, озабоченно поглядывая на спутника.

— Стой, стой, — негромко велел Олтер, придерживая горца. Взяв ладонь Туммы, сухую и холодную, наследник прижал ее к своей щеке. Усилием воли он мысленно разогнал, разжег внутри себя обычно спокойное пламя, заставив его взвиться. Огонь внутри загудел и языки пламени поднялись ввысь. Он перегонял и перегонял из себя жар в Тумму, чувствуя, как теплеет его рука.

— Хватит, хватит, дваждырожденный… — вдруг раздался спокойный, немного усталый голос Туммы. — Твой огонь исцелил меня.

Лекарь убрал руку, и Барат опустил его на землю. Тот уверенно встал на ноги и слегка притопнул. А Олтер, напротив, зашатался и не устоял бы, если бы его не подхватил верный Барат.

— Ну уж тебя, наследник, я хоть до самого Декуриона донесу, — повеселел горец.