Старик вновь хлопнул в ладоши и отдал короткую команду воинам. Шумно гомоня, легкоходы двинулись к постройке с распахнутыми настежь дверьми. Толбур махнул рукой на прощанье, а к старику подбежали местные стражники. Из-под навеса вывели запряженную в телегу лошадь, а за ним еще одну. Пленных покидали в переднюю телегу, а в другую усадили Ултера с Вилеей. Вокруг гарцевали всадники с короткими копьями, щитами на спинах и длинными мечами на боку.

— А Сегмат — это кто? — шепнул Ули.

Вилея посмотрела, как старик передает серебряный желудь одному из всадников.

— Это самый старший толгув в этих землях.

Телега дернулась, лошадь махнула хвостом, и они тронулись. Ули с тоской посмотрел на видневшиеся над земляным валом горы. Головы врагов, насаженные на пики, тоже рассматривали горы и скалились мертвыми улыбками.

«Эх, так и не довелось пересидеть в пещерке, дождаться, пока дорча с алайнами расколошматят проклятых северян!»

Телега въехала под свод мрачных дубов, шелестящих сухими листьями. Очертания гор скрыл лесной полог. Толстые корни то и дело выползали на дорогу, словно ненасытные шеши, будто хотели разорвать ее по кусочкам и утащить в лесную чащу. Телега тяжело переваливалась, встряхивая седоков. Потемнело, запахло прелой листвой. На душе Ултера стало пасмурно.

«И как мне с Вилейкой выбираться из этих бескрайних лесов?»

Гимтар и Столхед не отходили друг от друга, не таились и не скрывались. Ласковая Рыча, свирепая к врагам, только фыркала вслед торопливым шепоткам взбудораженных алайнов. Но беда-Йотль любит подстерегать счастливых, забывших обо всем на свете. Сжимая острый нож, ждала, когда счастье пройдет мимо.

Первым удар нанес одноухий Клуст, подкараулив Гимтара в полумраке перехода.

— Не забывайся, танас! — прошипел алайнский Хранитель. — Согласно древнему уговору, Столхед может пойти только за Дана Дорчариан. Неужели ты, танас, стал Даном?

Одноухий наглец крепко сжал посох. Сухие костяшки побелели, лоб пробороздила глубокая морщина. Тонкие губы кривились.

— Нечего разводить блуд, танас! Незачем смущать алайнов! Близится Круг Хранителей. Чую, хочешь услышать от Хранителей верные слова⁉ — Клуст бил точно, в самую сердцевину. Даром, что много лет не держал в руках оружия, как и заповедано Хранителям.

Гимтар смирил ярость.

— Верные слова на Круге Хранителей? Так, Клуст.

— Тогда незачем испытывать закон гор, танас. Дева Алайны не для тебя, дорча. Отступись!

Танас дернул подбородком, оттер Клуста плечом и прошел дальше. Столхед он не сказал ни слова, и только брал ее ночью снова и снова, пока хватило сил. Зарывался в ее волосах, пил и пил ее запах, и все никак не мог наполниться. Словно предчувствовал близкую разлуку.