– Ты серьёзно, Паш?... – переспрашиваю ошеломленно.
За моими ребрами торнадо закручивается, а он только усмехается.
– Ну ты же сама говоришь, что она хорошая девочка...
– Хорошая, – киваю я, – Значит, она тебе нравится?
– Я ее почти не знаю, Кать. Как она мне может нравится? Но...
– Что?...
– Но чисто внешне... в моем вкусе.
Зашибись! В его вкусе.
Эва будет счастлива!
Заставив себя улыбаться, я смотрю на Пашку. Не знаю, чего жду, и что хочу увидеть в его лице, но не похоже, чтобы он шутил.
А Эвелина действительно красива. Ее большие глаза и тонкая талия всегда были предметом зависти подруг. Даже, черт возьми, меня, потому что всякий раз оказываясь рядом с ней, я чувствую себя коровой.
– Окей, – киваю беспечно, – Дам ей твой контакт.
– На следующих выходных поедешь на пристань? Там бассейн запустили, и, кажется, наконец, наняли нормального бармена.
Переход на другую тему настолько резкий, что я не сразу в нее въезжаю. Хлопая глазами, пялюсь в лобовое стекло.
– Я катамаран спустил. Бери подружек, и приезжайте в субботу.
– На пристань?...
– Пожарим мясо, креветки... – продолжает говорить, – Я сто лет нормально не отдыхал.
– Хорошо.
Поворачиваю голову и, пытаясь разобраться в собственных ощущениях, снова смотрю на его профиль. Паша будто не замечает – снова отвлекается на входящее сообщение и, прочитав его, молча усмехается.
Я тоже замолкаю и не произношу больше ни слова до самого дома.
– Зайдешь? – предлагаю как обычно, когда его машина останавливается под высокими воротами.
– Ночью?...
– Блин... – тру ладонью лоб, – Точно.
– Не в духе? – замечает наконец.
– Спать хочу, – роняю тихо и толкаю дверь от себя, – Спасибо большое, Паш...
Однако прежде, чем опустить ноги на асфальт, я замираю, а затем, развернувшись, тянусь к нему и оставляю на щеке скромный дружеский поцелуй. Так было всегда, и так пусть и остается.
– Да, не за что.
– Обещаю, завтра отправлю твой контакт Эве, – подмигиваю со смехом.
– Спокойной ночи.
Пока плетусь по мощеной дорожке до дома, несколько раз останавливаюсь, чтобы насытить легкие кислородом и избавиться от ощущения, что грудь стягивает узкий плотный корсет. Мне не хватает воздуха.
И мне не хватает мозгов, чтобы понять, почему желание Пашки познакомиться с Эвой поближе завязало мои внутренности в узел.
Ехидный внутренний голосок шепчет мерзкие вещи, и я хочу удариться головой об угол дома, если это заставит его заткнуться. Я отказываюсь верить в то, что он мне внушает.
Катя
Белый или желтый?...
Быстро скидываю один купальник и надеваю второй. В белом попа более открытая, но Пашка видел меня в нем совсем недавно. Желтый более скромный, но, покрутившись перед зеркалом, прогнувшись в пояснице и выставив согнутую в колене ногу, я останавливаю свой выбор на белом.