– Обо всех. Боишься, что скажут родители?...
– Честно?... Боюсь.
– Почему?...
Мне стыдно признаться, но виновата во многом я сама. Мама в курсе Пашкиных многочисленных побед, и о количестве разбитых сердец моих подруг она тоже имеет представление. Я даже представить не могу, что она скажет, когда узнает о нас.
– Потому что они воспринимают нас едва ли не как единокровных брата и сестру.
– И?... – усмехается Просекин, – Мы не брат и сестра.
– Я знаю! – восклицаю, смеясь, – Но мне кажется, нам стоит их подготовить, да?...
– Как подготовить? Я могу сказать Руслану Андреевичу, что мечтаю о такой жене, как ты, – смотрит на меня, заломив бровь, – Думаешь, он поймет намек?
– Я думаю, он испугается, – отвечаю весело.
Пашка улыбается, но я чувствую, что ему не смешно, и прекрасно его понимаю. Мне тоже страшно и очень хочется, чтобы наши родители в нас поверили с первой минуты.
– Мы сначала подготовим их?... – повторяю свой вопрос, – Сделаем так, чтобы они сами догадались.
Усмехнувшись, он включает заднюю скорость и, развернувшись, выезжает на дорогу. А я отвлекаюсь на упавшее на телефон сообщение. Оно от мамы.
«Все нормально? Паша приезжал? Вы помирились?»
Мои щеки обдает жаром. Помирились. Два раза.
«Всё хорошо, мам. Паша ночевал у нас. А сейчас мы поехали позавтракать в кафе»
Говорят, чтобы заставить собеседника поверить в твою ложь, нужно говорить полуправду. Мне стыдно пользоваться этим приемом, но шокировать сходу я маму не могу.
– Может, расскажем им в следующий раз, когда они соберутся?
– Кать, а ты чего так паникуешь? – спрашивает Пашка, коснувшись меня косым взглядом.
– Я не паникую.
Паникую. Потому что боюсь увидеть разочарование в глазах родителей до дрожи в коленях. Мне действительно нужно их как–то подготовить.
– Я же вроде не хер с горы...
– Не хер, – поддакиваю, кивая.
– Они не станут ставить ультиматумы.
– Конечно.
Судорожно затянувшись воздухом, растягиваю губы в улыбке. Блин, да что со мной?! Сбылась моя самая заветная, самая сокровенная мечта, а я трясусь как загнанный кролик.
– Котя... – зовет Пашка тихим голосом, – Ты сама–то в нас веришь?...
– Верю! – отвечаю уверенно, – Я да.
– Так какая разница, что скажут остальные?
– Никакой. Даже если родители будут против наших отношений, я ни за что не откажусь от тебя.
– Они не будет против.
Остановившись на светофоре перед перекрестком, он тянется ко мне и прихватывает мои губы своими.
– Не загоняйся.
Наши взгляды встречаются, и я буквально чувствую, как в меня перетекает Пашкина уверенность. С жадностью втягивая ее в себя, я не могу отвести глаз.