Позже бабушка тоже готовила со мной рыбу таким способом. Я любила ждать, когда свёрток можно будет достать, обжигать пальцы, разворачивая его, и есть прямо на воздухе.
От деда пахло табаком, сосновой смолой и железом. В карманах старой куртки из плотной ткани, похожей на военную, он всегда носил соль, пару пакетов, складной нож, леску, табак, бумагу в коробочке и спички, а к нагрудному карману прикалывал булавки.
Он мало говорил, но сказанное запоминалось.
Рядом с ними я чувствовала себя взрослой. Не ребёнком, которого пристроили на лето, а частью дома и мира, где мне всегда находилось место.
Мои родители тоже любили меня. Я это знала. Мама собирала сумку в деревню так, будто отправляла меня на край света, папа проверял, взяла ли я тёплую кофту. Но в городе всё было быстрее и теснее. Работа, домашние дела, разговоры о деньгах. Иногда мои вопросы попадали в неподходящую минуту, и мне приходилось ждать.
Утром мы проснулись позже, чем собирались.
Вставать не хотелось совершенно. Дом хранил ночную прохладу, одеяло было тёплым, а за окном стояло такое тихое, ясное утро, что я бы охотно проспала ещё несколько часов. Но мы всё-таки собрались и около восьми утра уныло шагали в сторону леса.
Сначала мне казалось, что это плохая идея. Голова была тяжёлая после вчерашнего пива. Хотелось спать, а не брести в кроссовках по мокрой от росы траве, чувствуя, как утренняя прохлада забирается под лёгкую куртку. Но чем ближе мы подходили к лесу, тем легче становилось идти.
Осень я любила всегда. Не сырую ноябрьскую, а вот такую — раннюю, золотую, прозрачную. Когда небо холодное и голубое, солнце ещё греет, а на листьях рядом с зеленью уже проступают жёлтые края.
Лес встретил нас запахом хвои и сырой земли. Под ногами пружинил мох, где-то в стороне постукивал дятел.
Мы решили разбиться на пары, чтобы не толпиться на одной поляне. Маринка с Олегом собирались проверить место у старой просеки.
Со мной вызвался идти Андрей и предложил проверить овраг, в котором всегда бывали опята.
Я уже хотела возразить, но он сказал:
— Тут недалеко.
Олег кивнул:
— Через три часа здесь встречаемся. Далеко не уходите.
Маринка поправляла лямку рюкзака и даже не заметила, с какой мольбой я на неё посмотрела.
Вчерашний вечер прошёл спокойно. Андрей с утра тоже держался нормально. Лес был знакомый и телефон у меня был с собой. Я решила, что смогу в любой момент повернуть обратно.
— Ладно, — сказала я.
Мы разошлись.
Сначала я ещё прислушивалась, потом голоса Маринки и Олега стихли за деревьями. Я брела по лесу, но мысли были далеко.