– Ты смотри… Как у вас тут все…, ааа. – покачал головой Заболотный – Ладно, не переживай. Поправим. Не беда. Не плачь.
И стал кому-то набирать.
– Здорова, подполковник! Полковника получить хочешь? Конечно, хочешь? Ну, тогда бери группу захвата и дуй в Одминск. Тут глава Аграрий банка, казино держит, его местный генпрокурор с начальником ОВД крышуют, а он сука, шантажом у честных людей завод отжимает. Давай. Жду. Ну, все. Через три часа, генпрокурор области, будет здесь и всем навешает конфет с орешками. Не плачь.
– Спасибо!
Никогда бы не подумала, но сейчас, я действительно, от души была благодарна Евгению, за участие в моей жизни.
– Если еще, что-то про кого-то знаешь. Говори. Не стесняйся.
– Да с остальными вроде тихо, мирно все. Дружно живем.
– Прокурор не достает?
– Да… Как сказать?
– Как есть..
– Есть маленько. Зашкаливает борзометр.
– Ну, теперь, с областной то проверочкой поутихнет, не переживай. Ты лучше скажи, вам есть, где-молоко-то для мороженого закупать?
– Найдем, – благодарно улыбнулась я.
Пришел врач и нам пришлось покинуть палату.
Из палаты напротив, как раз выходил Игорь.
– Здравствуйте, Вера Викторовна, – учтиво кивнул парень.
– Здравствуй, Игорь. Как папа?
– Нууу, могло бы быть и хуже, – бедняжка аж покраснел от смущения. – Активность мозга к счастью не тронута и речь в порядке. Лицо немного повело с левой стороны и руку левую, не чувствует пока вообще. А так все в норме вроде. Вы зайдите, к нему можно.
Я выдохнула и вошла. Прокурор посмотрел на меня и усмехнулся. Так жутко вышло! Улыбка только правой половиной губ.
– Разочаровал, да?
Речь еще замедленная, тягучая, но вполне ясная.
– Стас, ну как же так, а? Ты почему не сказал, что у тебя проблемы с этим делом? Я ж не знала! Да разве ж случившееся того стоит?
– Стоит, Верочка, стоит, – мужик совершенно счастливо улыбнулся, протягивая ко мне здоровую руку.
Вот дурень то, а! Одно хорошо, я, похоже, действительно вне подозрений. Подала ему руку, а он ее гладит, целовать пытается и смотрит так нежно и жалостливо.
У меня аж горло спазмом свело.
– Об одном жалею только, что помереть счастливым не дали. Кому я теперь такой нужен буду?
– Поправишься Обязательно. Не раскисай только, – ободрила я, насколько это возможно, с нежной улыбкой. – А то, как город без тебя? Кто за порядком следить будет?
– До меня были и после найдутся, – махнул прокурор рукой. – Только ты, приходи хоть иногда. Как солнышко заглядывай, согревай.
– Я постараюсь, Стас. Ты поправляйся, держись, все будет хорошо. Я пойду, мне пора. Может, загляну еще сегодня.