Я кивнула, но поднявшись наверх, не удержалась, заглянула в комнату к Любе. Она играла в куклы с подружкой. Младшей дочерью нашего мэра. Их особняк как раз напротив нашего стоит. Девчонки одногодки, спокойно бегают друг к другу в гости. Сейчас их Барби рассуждали о том, в какие кружки лучше отдать своих детей.
Я улыбнулась детям, сердце сжалось, глядя на Любочку, черноволосое чудо с двумя косичками. Моя девочка! Родная! Моя! Никому не отдам.
– Девчонки! Чай с тортом будете? – предложил Олег.
Под радостное – конечно да, мы и спустились вниз.
Как раз вернулся Пашка, удивленно уставился на нас довольных и счастливых, но кажется, только обрадовался, что гроза миновала. Умял большой кусок торта, и пошел к себе. Плавать в своем виртуальном мире.
– Ужин сегодня с тебя! – нагло заявила я мужу, моя кружки после чаепития.
– Паста с соусом из свежих помидоров и шампиньонов, подойдет?
– Вполне.
– Ну, все, иди, работай. И выбери уже, наконец, новую обертку для желейных конфет, и скинь на мыло типографии. Они ж ждут. По ярче что-нибудь.
– Хорошо.
Я вернулась в гостиную, забралась с ногами в кресло и открыла ноутбук. От Егора было несколько сообщений.
– Как у тебя дела? С мужем поговорила? Он хоть как-то объяснился? Извинился?
Твой муж мне только что, двенадцать тысяч перекинул!! – смайлик – я в шоке.
Ого! Спасибо, конечно! Он же очень дорогой!
Это он, наверное, ноутбук получил. Сама я в них не разбиралась, поэтому купила такой же какие у нас у всех. Действительно не дешевый, но поскольку эта сеть магазинов принадлежала брату мужа, мне на двадцать тысяч дешевле обошёлся.
– Спасибо за репост, Вер. Люди скидывают, кто по двести, кто по триста, кто по пятьсот.
– Это здорово. А о цене, не думай. Пользуйся на здоровье.
– Уже, – улыбка.
– Вот и хорошо, у твоей сестры рост какой?
– Сто тридцать шесть. Но она худенькая очень, а что?
– Костюмчик ей хочу купить. А как ее болезнь выражается?
– Голова немного в левую сторону запрокинута всегда, речь замедленная. Пальцы на обеих руках скрючены, плохо слушаются. Ходить может, но очень медленно и только с ходунками. На улице в коляске передвигается.
– Обслуживает себя сама? Ну, в плане одеться, покушать, умыться, помыться, в туалет сходить?
– В туалет сама, да. Но все равно в памперсах, на всякий случай. И все остальное тоже может сама, но там нянечки во всем им помогают, и в этом плане интернат – зло. Ей-богу.
– Зачем помогают?
– Так, в интернате же все по расписанию, а сами они долго совсем возиться будут.
– А в санаторий с ней кто поедет?
– Я. Отпуск без содержания возьму. Вот там то, она у меня все сама делает. До слез больно на ее неуклюжесть смотреть, конечно, но по-другому просто нельзя с ней. Ради ее же блага.